Сократические сочинения
- Автор: Ксенофонт
- Год: 1935
- Язык: русский
- Переводчик: Сергей Иванович Соболевский
- Жанр: Античная литература
Электронная книга - «Сократические сочинения». Краткое содержание книги:
—Нет, клянусь Зевсом, — отвечала Феодота, — я никаких таких способов не употребляю.
(11) — Однако гораздо лучше, — продолжал Сократ, — обходиться с человеком как должно, сообразуясь с его характером: ведь силой, конечно, не поймаешь и не удержишь друга; надо делать добро и доставлять удовольствия этому зверю, чтобы он попался и никуда не убежал.
—Правда твоя, — согласилась Феодота.
(12) — Ты должна, стало быть, — продолжал Сократ, — прежде всего у людей, относящихся к тебе со вниманием, просить лишь таких услуг, которые им доставляют возможно меньше хлопот, а затем и со своей стороны отвечать им такими же услугами: при этих условиях люди скорее всего могут стать друзьями, всего дольше любить и всего больше оказывать добра. (13) Всего приятнее им будет, если то, что у тебя есть, ты будешь дарить им, когда им это нужно: как видишь, даже самое вкусное блюдо кажется невкусным, если подают его, когда еще нет аппетита; а когда человек сыт, оно производит даже отвращение; но если подать кушанье, возбудив в человеке голод, то оно, хотя бы было и плоховато, кажется очень вкусным.
(14) — Так как же я могла бы возбудить голод к тому, что у меня есть? — спросила Феодота.
—А вот как, клянусь Зевсом, — отвечал Сократ. — Прежде всего, если ты не будешь ни предлагать этого, ни поминать, когда люди сыты, пока не пройдет у них чувство пресыщения и не явится вновь желание; затем, когда у них будет желание, будешь напоминать им о нем лишь в самой скромной форме, так чтобы не казалось, что ты сама навязываешься им со своей любовью, а, напротив, что ты уклоняешься от этого, пока наконец их страсть не дойдет до высшего предела: в такую минуту те же самые дары имеют гораздо более высокую цену, чем если предлагать их, пока еще нет страсти.
(15) Тут Феодота сказала:
—А почему бы тебе, Сократ, не поохотиться на друзей вместе со мной?!
—Хорошо, если только ты меня уговоришь, — отвечал Сократ.
—А как же мне уговорить тебя? — спросила Феодота.
—Уж об этом ты сама подумай и найди такой способ, если будет надобность во мне, — отвечал Сократ.
—Так ты ходи ко мне почаще, — сказала Феодота.
(16) Тут Сократ, иронизируя по поводу того, что он не занимается общественными делами[199], сказал:
—Нет, Феодота, мне не очень-то легко улучить свободную минутку: множество своих и общественных дел не дает мне свободы. А к тому же у меня есть подружки[200], которые ни днем ни ночью не дадут мне уйти от них: они учатся у меня привораживать любовными зельями и заговорами[201].
(17) — Так ты и это знаешь, Сократ? — спросила Феодота.
—А как ты думаешь, — сказал Сократ, — почему и Аполлодор[202] вот и Антисфен[203] никогда от меня не отходят? Почему и Кебет и Симмий[204] ходят ко мне из Фив? Будь уверена, тут дело не обходится без множества волшебных напитков, заговоров, колес![205]
(18) — Так одолжи ты мне это колесо, — сказала Феодота, — я на тебе прежде всех попробую его, поверчу!
—Нет, клянусь Зевсом, — сказал Сократ, — я не хочу, чтобы меня самого к тебе влекло; хочу, чтобы ты ходила ко мне.
—Хорошо, буду ходить, — отвечала Феодота, — только ты пускай меня к себе!
—Хорошо, буду пускать, — сказал Сократ, — если только у меня дома не будет какой милой, что милее тебя!
Глава 12
[Разговор с Эпигеном о крепости и слабости тела]
(1) Сократ однажды обратил внимание на слабое телосложение одного из своих друзей, Эпигена[206], молодого еще человека.
—Какой же ты слабак, Эпиген! — сказал он.
—Да мне и не нужно быть силачом, Сократ, — отвечал Эпиген.
—Нет, нужно, — возразил Сократ, — ничуть не меньше, чем тому, кто собирается выступать на состязаниях в Олимпии[207]. Или, по-твоему, так ничтожна борьба с неприятелями на жизнь и смерть, которую при первом удобном случае устроят афиняне? (2) А немало людей по слабости тела гибнет в боях с неприятелями или с позором спасает себе жизнь; многие по этой же причине, хоть и остаются в живых, но попадают в плен и тогда или остаются всю жизнь в самом тяжком рабстве[208], если такая участь их постигнет, или, попав в такую горестную неволю и заплатив выкуп, иногда превышающий их состояние, всю жизнь проводят в крайней нужде и страданиях; многие, наконец, наживают худую славу из-за телесной слабости, потому что их считают трусами.
199
Сократ уклонялся от общественной деятельности, как он сам говорит об этом в Платоновой «Апологии» (31c—e): «Внутренний голос (демоний) противится тому, чтобы я занимался государственными делами». Конечно, по законам афинским, он не мог уклоняться совершенно от государственной деятельности. В «Воспоминаниях» I 1, 18 Ксенофонт рассказывает, что Сократ был членом Совета пятисот и даже эпистатом; вероятно, он посещал Народное собрание и не раз бывал членом суда присяжных. Слова, «что он не занимался общественными делами», надо понимать в том смысле, что он не стремился занимать какую-либо ответственную государственную должность, как он говорит это в Платоновой «Апологии» (32a).
200
Так Сократ называет в шутку своих учеников.
201
О любовных зельях и заговорах (напевах) говорится также в II 6, 10.
202
Об Аполлодоре см. примеч. 14 к «Защите».
203
Об Антисфене см. II 5, 1 и введение к «Пиру».
204
Кебет и Симмий, оба фиванцы, упомянуты также в I 2, 48 как достойные ученики Сократа; с именем Кебета дошло до нас небольшое философское сочинение под заглавием «Картина», аллегорически изображающее человеческую жизнь; однако новая критика доказала, что оно не принадлежит Кебету, ученику Сократа.
205
В подлиннике поставлено слово ἴυγξ, которым означается птица вертишейка из отряда лазающих птиц, с длинной шеей, маленькой головой. Греки считали, что она обладает чудесной способностью возбуждать любовь, вследствие чего пользовались ею для привораживания. Ее привязывали к колесу и вертели его, распевая заклинания, думая этими манипуляциями возбудить любовь в намеченном человеке. Эта процедура очень картинно описана Феокритом в его второй идиллии «Колдуньи». Затем это слово стало означать и самое колесо, к которому привязывали птичку.
206
Эпиген упоминается также в Платоновой «Апологии» (33e) и в «Федоне» (59b); более о нем ничего не известно.
207
Олимпия — небольшая равнина в Элиде, области на западе Пелопоннеса, знаменитая тем, что здесь происходили Олимпийские игры (см. примеч. 2 к III 7). На этой равнине была священная роща Зевса; в ней и в соседней с нею местности было много храмов, статуй и общественных зданий; все это и носило название Олимпии (города тут не было).
208
Взятие в плен было одним из источников рабства. Рабами становились не только пленные варвары, но во многих войнах между греческими государствами сами греки попадали в рабство к своим же соотечественникам. Так, например, после поражения афинян в Сицилии в 413 году пленные были проданы в рабство. Даже во время гражданских войн на острове Керкире каждая партия в период своего торжества осуждала другую на смерть или рабство. Пленного можно было выкупить из рабства; выкупная цена соответствовала цене обыкновенного раба; несколько раз в источниках упоминаются цены в 2, 3, 5 мин. Но часто владелец пленного принимал в расчет его высокое положение или богатство и назначал большую выкупную цену: так, Платон (философ) был выкуплен за 20 или 30 мин. Филипп, царь македонский, в письме к афинянам жалуется, что афинский полководец Диопиф, обратив в рабство пленных жителей двух фракийских областей, потом арестовал и македонского посла Амфилоха, пришедшего для переговоров о выкупе пленных, и освободил его лишь за выкуп в 9 талантов.