До захода солнца [ЛП]

— Это личное, я нормально отношусь, если они, — я оглянулась, махнув рукой в ту сторону коридора, откуда мы ушли, для большей выразительности, прежде чем повернуться к нему, — хотят отдавать и делиться и… что угодно… но, если вы делаете это перед другими, вы отдаете эту вещь, она становится не только вашей. А я твоя, ты сам так сказал, и я не хочу, чтобы кто-то другой обладал мной, даже маленькой частичкой меня, никто не должен, только ты.

Я была так напугана, отчаянно желая объяснить ему свою позицию, не хотела, чтобы он думал, будто я ханжа, или, что еще хуже, оскорбила его своими действиями, бросив тень на его культуру и традиции, я даже не понимала, что говорю.

И более того, я не хотела, чтобы все вышло так, как вышло.

Но все вышло так.

И Люсьен воспринял мои слова по-своему.

Я поняла, что он воспринял их по-своему, потому что в одну секунду я стояла, держа его за руку.

А в следующую секунду он прижимал меня к стене своим телом, его рука оказалась в моих волосах, он дернул мою голову назад, приподняв, отчего мне стало больно не только моей шее, но и волосам, и его губы оказались на моих губах.

Это не было похоже на те поцелуи, которые у нас были раньше. Этот поцелуй был требовательным, жестоким, собственническим, клеймящим и, несомненно, диким.

И, возможно, я полная идиотка, но мне понравилась каждая чертовая секунда этого поцелуя.

Его губы оторвались от моих, и прежде чем я успела вдохнуть, он спросил:

— Ты моя?

Я попыталась спасти положение.

— Я хотела сказать…

Он оборвал меня рычанием.

— Ты моя.

Во что я теперь вляпалась?

— Люсьен…

Его рука обняла меня за талию, сильно сжав, прижимая меня сильнее к его телу, что у меня перехватило дыхание.

— Вся. Мать твою. Моя, — яростно прошептал он.

Я почувствовала, как у меня подкосились ноги, поняла, не только от страха его свирепого заявления, но и безумного желания, которое я совсем не хотела испытывать.

— Люсьен, я сейчас задохнусь, — прохрипела я, эта была сущая правда, но потеряла его внимание.

Его голова дернулась в сторону, губы сжались прямо перед тем, как он ослабил хватку. Я чуть не упала, но он схватил меня за руку и быстро зашагал обратно к клубу. Вскоре я увидела пару, идущую к нам навстречу по коридору, поняла, что Люсьен услышал их приближение.

Когда они подошли ближе, я заметила, что это были мужчина и женщина. Они оба были настолько великолепны, что я понятия не имела, кто из них вампир, может они оба вампиры (или нет).

— Люсьен, — произнес мужчина с расстояния нескольких футов.

— Джордан, — ответил Люсьен.

Было ясно, что Люсьену не хотелось с ним встречаться.

Это стало совсем ясно, как только Джордан остановился вместе с поразительной рыжеволосой женщиной рядом с ним.