Дом, которого нет
- Автор: Винтер Мара
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Прочая поэзия
Электронная книга - «Дом, которого нет». Краткое содержание книги:
Можно ли заранее узнать свою судьбу? Способен ли человек её изменить? Кто мы такие, зачем мы здесь, и где это самое «здесь»? Вечные вопросы волновали и волнуют многих, и старшеклассница Лора – не исключение. Ответы ждут своего часа, чтобы прийти: к ней и каждому, кто умеет спрашивать.
Полусказка-полупесня, рассказанная не автором, а через автора. Сказитель, она же сновидец – время с лицом девочки-одноглазки.
Всем, кто готов на путешествие к центру своей души, посвящается.
Содержит нецензурную брань.
Данных хватает. Что тебе гадать?
– Не о себе я. Мы одно с ней всё же.
Нам вместе жить и вместе умирать.
– Нет, не одно. Большая вероятность,
что очень ты переживёшь сестру. – Понятно.
– И будешь неповинна в её гибели.
Хотя сама во всём винишь себя.
Кроме влияния твоих энергий в мире есть
другие, и о них – не забывай.
Ты чувствуешь ответственность за всех вокруг,
ведь знаешь больше. Но немая бязь
мне символов сказала, дорогая:
из пепла, чем ни будь, способна встать ты.
Сестра любить ужасно будет, раз увидев.
Или уже. Трагедией он станет для неё.
Но останавливать бессмысленно. Тот выбор
не от тебя зависит. Знав, пошла б на всё.
Пересечений у неё немного. Что-то… (глыба?)
от всего прочего скрывает. Иль… костёр.
Как всё же разны судьбы двух сестёр!
Твоей командуешь ты. Будто ластик стёр
всё после "переезда"… пустота.
Не смерть причём, что очень интересно.
– Не смерть, а что? Чем становлюсь я там?
– Как будто ты… Ну, не жива уже… При жизни.
И не мертва. Пожалуй, нечто большее.
Ты – в месте, где уже нет одиночества.
– Где это место? – Как? В тебе, конечно.
Пока не доживёшь, ты не поймёшь.
Жизнь человеческая в смерти – быстротечна.
Но вечна, если озаряет землю дождь
небесный. – Убирала Ида свои карты.
И я текст отложить решусь. До завтра.
(белые страницы) Missing scene, Pt. 1 Давным-давно
Самый опасный в свете человек –
тот, у которого есть время. Тем опасней,
чем его больше. Для раздумий краток век;
но успевающий на тормоз жать – ужасен.
Он поднимается над временем, и сверху
видит, что в спешке недоступно человеку.
Особо страшен тот, кто сопоставить
умеет свой отрезок временной
со всем, что было раньше. Миром править
бы мог, если прикинуть, мозг земной,
что выделил повторы: взял эссенцию.
И разыграть способен пьесы квинтэссенцию.
Сверхчеловека призывать – равно, что Мэнсона,
который Чарльз, стремиться возвести на трон.
Каждый задуман богоравным. Но без сердца мы,
где свет царит, приносим лишь урон
себе, друг другу, миру и… всему.
Нет, я – не проповедник адских мук.
Нет, я – не проповедник, не сектант
и ни одной религии не следую.
Давайте думать вместе. В ногу; в такт.
Сколько людей, столько богов, что исповедуем.
Глаза, смотрящие в одно, все уникальны.
Либо он есть, любовь, либо – "повесься, Каин".
Товарищи, способные смотреть,
поймут: нет будущего. Больше его нет.
Куда плывём не одну тысячу мы лет?
В тупик. Приплыли. Репину привет.
Если есть центр, то окончанье только времени.
Если нет центра – пойду вешаться на ближнем дереве.
Путём логических цепочек я пришла
(затраты эмоциональные не в счёт),
что пред рассветом неизбежна мгла.
Пророкам был не нужен наш почёт,
они, увидев времени конец,
шагнув наружу, взяли свой венец.
Вопрос – не о существованье Бога в мире,
но о наличии его или отсутствии
в мире твоём. Принудив, отвратили
догматы вер ох не одно стремленье слиться с ним.
У этики нет права под гребёнку
одну равнять душевный спектр тонкий.
Необязательно иврит со словарём
переводить, чтоб слышать речь оттуда.
Намёки и подсказки есть во всём,
кто ты – сейчас. Вот, в данную минуту.
Насилуя, насилие встречаешь.
Что бросил в чашу, то оттуда сам ешь.
Мы можем выбрать хостел, можем дом.
(Нет, я ни то, ни это.) Время тащит.
В скит тянет уж давно меня. Причём
монахом стать смогла бы, но – курящим.
Чтоб в атмосфере быть с заводами своей.
К тому я, что свой суд у всех людей.
Себя мы судим сами. «Вокруг падаль», –
считая падалью себя, мы говорим,
и падаль тянется. Её мы обвиняем
в том, что подобное – к подобному… Наш Рим,
Константинополь и зеркальный город –
там, где кончаются куда-либо укоры.
Если бы каждый это осознал,
то рай пришёл бы в мир сию секунду.
О том устами мальчика вещал
великий Достоевский. Он – как муж мне.
Сродни страстями, кои проходил,
тот постоянен: много лет уж мил.
Что мы имеем в день сегодняшний? Грядущий
готовит то, что накануне было в нём.
Глобализация. Мы, вроде, вездесущи,
где интернет есть, но и, вроде, не причём.
Телепатическая связь предполагает,
что, как себя, один другого понимает.
Раздался крик? Дискуссия окончена.
Влюблённые прекрасно слышат шёпот.
Экран горит: без этого бы скорчился,
себя без маски встретив, homo show.
Оставь наедине с собой кого-то,