Электронная книга - «Илиас (СИ)». Краткое содержание книги:
Эрик поступал как и он, только на бюджетное, но если Аристина держала гордость, то у Эрика и его семьи просто не было денег. Даже на подготовительные курсы – оплатил только химию. На большее не было. Тоже старше большинства – около восемнадцати, и именно Эрика выбрали старостой группы. Можно было сказать, что если и не первый друг, то приятель у Аристина появился и Эрик был первым, кто мог убедиться – Аристин Илиас не тот, о ком писали газеты.
- Молодой человек? Вы Аристин Илиас? – его окликнули на проходной корпуса.
- Да? – недоуменно отозвался Аристин. Зачем переспрашивать? Он прошел через турникет, на мониторе и так видна фамилия и фотография.
- Вам письмо. Курьер принес, просили передать.
Желтый конверт, ни подписи, ни адреса, только напечатано “Аристину Илиас. Лично в руки”. На ощупь – внутри лист бумаги. Неприятное чувство тревоги. Выкинуть, не читая?
“Хай, мелкий наглец! Ты думаешь, что раз пристроился к богатому дяденьке и все твои проблемы кончились? Как бы не так, они только начинаются, поверь мне. Нехорошо брать чужое и ты должен об этом знать. Хотя, может быть, в вашем средневековье воспитывают по-другому. Припереться и забрать то, что принадлежит другим. Ты слишком наглый, красавчик. Мог бы пристроить свою задницу и по-другому. Тебя здесь вообще не ждали и ты тут нахрен никому не нужен. Таких как ты, на улицах и стройках – толпами. У тебя хоть регистрация-то есть? Пораскинь своими аристократическими мозгами, мальчик, и осознай свое место около Эвера Эрлинга. Игрушечка с мордашкой, пока ты ему не надоел – он будет вкладывать в тебя деньги, а потом ты вернешься на свою стройку или где там он там тебя нашел. Ты годишься ему в сыночки, но зато у тебя свеженькая задница. Но, я предупреждаю тебя, знай свое место и не высовывайся, дерьмо понаехавшее. Иначе у тебя будут проблемы. Это так, предупреждение.
Я бы тут еще много написал, но неохота тратить на тебя бумагу. Будь в курсе.
P.S. – эта коса тебе не идет, или постригись или одень юбку, чурка.
Аноним”
Такое ощущение, что в руках дерьмо, а не бумага с напечатанным текстом. Судя по всему – он наступил на хвост кому-то из Эверовых любовников и теперь тот гадит кирпичами. Судя по стилю, Эвер должен быть еще и педофилом, потому что писавшему лет пятнадцать от силы. Детско-выспренно-оскорбительный стиль. Показать бы Марте – она бы точно определила. Но этот мусор даже в руках держать противно.
- У тебя зажигалка есть? – спросил Аристин у Эрика.
- Ты же не куришь? – удивился сокурсник. – Есть, конечно.
- Лучше бы я курил. Дай, через пять минут вернусь.
Лекция через десять.
Какая мерзость. Злые, написанные глупцом, жестокие слова почему-то жгли сердце. Обида за себя и свой народ. Они тут чурки, понаехавшие, да, Аристин слышал и такое за пределами миграционного лагеря. Если бы в Далене ничего не случилось, то провались бы эта Нува! Кому он тут сделал плохое? Кому-то значит, сделал.
Отойти подальше во внутренний дворик, и зажигалка пригодится. Пакость сгорела, оставшись крохотной кучкой, которую Аристин растер ботинком по асфальту. Клал он на этого обиженного. Попробовал бы тот Эверу написать... А угрозы – пусть только рискнет.
С Эвером все ближе и ближе именно то, о чем даже не мог помыслить раньше. Умерла мораль Далена – ничего против объятий Эвера он теперь не имеет, ничего неприятного в поцелуях и словах. Лишь на одно Аристин никак не мог решиться, деля с Эвером постель. Не каждую ночь, но часто, когда приезжал поздно, сам приходил в спальню, разговаривал, засыпая в надежных крепких объятьях под убаюкивающее умиротворение. Эвер не торопил его, понимая, что будет стоить это даленцу, но это с каждым днем было все неотвратимей и неотвратимей. Аристин понимал, что крепость он скоро сдаст. Терпение осаждающего заслуживало этого, а страх – страх должен быть побежден.
Это мурло раздражало. Тут уже был соотечественник. Аристин, выяснив его фамилию, выпросил у Эвера информацию, и узнал, что деревенщина с плоской мордой уроженца северной границы, оказывается второй сын министра культуры Свободной Республики Хокдален. Мало того, что у них, оказывается, теперь еще есть культура, так еще есть ее министр, рожу папочки этого ублюдка он уже успел увидеть, в Сети. Интересно, кем он был у себя в деревне. Против селян Аристин не имел ничего личного, но именно часть из них, соблазненная речами борцов за новый порядок, громила Дален, убивала Десятку и государя. Какая-то горстка ублюдков все сделала чужими руками, всю грязную работу, захватила власть, а селяне перессорились меж собой, в своих деревнях. В миграционном лагере не аристократы были, а такие, как тетка Викки, Самир, которым жизни не дали свои же. Один из аргументов бунтарей помнился особо: “Монархия устарела. Править должен народ, а не его богатенькие прикормленные аристократы”. Еще были мифы о яхтах и самолетах, несметных богатствах, принадлежавших семьям Десятки. Они действительно были не бедны, но не настолько богаты, как рассказывало вранье. Неужто людям так плохо жилось при Десятке и государе? Судя по новостям, сейчас явно хуже – Дален постоянно клянчит кредиты, гуманитарную помощь у богатого соседа, половина страны вкалывает на нувских стройках, но зато некоторые свинорылые теперь ездят на представительских машинах на занятия и жрут не в столовой студенческой, а в дорогом кафе. Ради этого все затевалось?
Та машина, на которой возил его Дэн, была самой обычной, ничем не примечательной в городском автопотоке, темно-красная, распространенной марки, а в кафе Аристин, хоть и мог себе позволить, но не ходил. Не хотелось на это тратить деньги. Зато он понял, зачем в сумке отделение для термоса и сэндвичей. Эрик тоже носил с собой, или иногда они брали небольшой обед в столовой. Но Аристин столовую не любил еще и по другой причине – слишком много внимания на него одного. Быть живым развлечением не хотелось. Поэтому они ели или в машине, где водитель был обязан ждать Аристина сколь угодно времени, или просто в коридоре Университета.
С даленцем не перемолвился ни словом, за все время, что учился, лишь ненавидящие друг друга взгляды. Даже это дерьмо тупое, которое даже неспособно определить, где у человека берцовая кость, знает фамилию Илиас. Знает и ненавидит. Теперь это вызывало злорадство. Если отец уничтожал таких, как этот и его папаша, то правильно и делал. Жаль, что не всех и еще горше, что погиб, защищая страну от врага, родившегося в ней. Ни от кого-то чужого, желающего зла Далену, а от своих же, разбойников и преступников, почище, чем иноземные захватчики.
Никакого сожаления. Пусть Дален теперь сожрет себя сам и подавится своим же дерьмом.
Если судьба устроила так, что Илиас принесли клятву другой стране и другому государю – так тому и быть. Они не предадут.
Аристин почти уже жил на кафедре анатомии, с фанатизмом посещая почти все ее спецкурсы и изучив изданные программы. Плевать, что это для старших курсов и половина непонятна. Это куда гораздо интереснее, чем история медицины, которую приходилось учить только потому, что надо. Еще скучнее никчемные политология с культурологией – сплошная бесполезная болтовня и поток ненужной информации, математика и физика – еще куда ни шло, но философия? Как научиться распределять свое время так, чтобы больше анатомии, химии и биологии и меньше “мусора”? Культурологию не прогулять – преподаватель отмечает присутствующих на каждой лекции и ходят слухи, что посещение это важный критерий для зачета. И с первой парты уйти, как поражение, приходится бороться со сном и записывать. Но монотонный голос убаюкивает сам собой. И кто поставил это первой парой?!
- Аристин, вы меня слушаете? Я вам не мешаю?
Он все таки задремал. Чуть смежил веки и все, поддался. Эрик пихнул его локтем.
- Извините, – действительно неловко получилось.
- Если вы это не записываете, к семинару не подготовитесь! Вы сюда спать поступили?