Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]

Когда все было кончено, и старик-тегин издалека смотрел на своего коленопреклоненного друга, и вытирал, не стесняясь, слезы.

Когда все было кончено — и солнце, вышедшее по случаю окончания битвы из-за туч, ласково согревало свежую весеннюю траву — тогда тень накрыла землю. С севера двигалось нечто огромное, мощное. Стальные винты рвали воздух, парусиновый корпус закрывал солнечный свет.

Государь вспомнил, что здесь — на самом краю его владений, есть люди. Вспомнил, и послал к ним первый корабль из только что созданного Воздушного Флота.

По сходням, церемонно опираясь на трость, сошел гвардейский подполковник в парадном мундире, разукрашенном лентами и орденами.

Комендант, одернув разодранный камзол, радостно печатал шаг ему навстречу.

Козырнул:

— Господин гвардии подполковник, разрешите доложить.

— К чему эти фо‘мальности, майо‘. Будемте без чинов, — приветливо остановил его подполковник. Я вижу, вы оде‘жали победу?

— Так точно, — устало согласился майор. — Одержали.

— Отлично, отлично. Вот, получите п‘иказ от самого Госуда‘я. Получите, ‘аспишитесь — и немедленно п‘иступайте к исполнению.

Майор взял запечатанный конверт. Вскрыл. Прочитал — и кровь сначала бросилась ему в голову; потом отхлынула от лица.

— Господин подполковник, я. Государь приказывает разрушить крепость, обеспечить эвакуацию гарнизона. Это, должно быть, какая-то ошибка?

— Никакой ошибки, майо‘! — строго одергивает его подполковник. От былого радушия нет и следа. — П‘иступайте к исполнению. Госуда‘ позаботится и о своих землях, и о своих поданных. Вы же видели, вам п‘ичитается наг‘ада.

— Так точно. Полный отпуск с пенсией. Замечательная награда, господин гвардии подполковник.

И не обращая внимания на недоумение подполковника, на гвардейцев, сбегающих со сходней и строящихся в каре, на своих и чужих раненных — не обращая внимания ни на кого и ни на что больше — бывший комендант крепости, бывший победитель, бывший гвардии корнет, бывший майор — бывший подданный государя — шатающейся походкой уходил в степь.

Ему кричали вслед, он не слышал. Он вспоминал слова старого друга, и холодная казенная бумага белела в его руке. Ему нечего было больше защищать. Государь — литография-портрет, бесплотный образ, разряженный и бездушный механизм на троне — конечно, не хочет смерти своих нойонов. Просто, ему все равно. Что ж, пускай теперь он сам заботится о своих (своих ли?) землях.

А по ту сторону Великой Тропы его ждала любимая. Больше ничего не мешало их встрече.

Солнце заливало округу золотым светом.

В степи начиналась весна.

⠀⠀ ⠀⠀