Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3

На следующее утро после обеда с Биллом Бандл проснулась полная энергии. У нее были три определенных плана, которые она была намерена осуществить в этот день, и она понимала, что в этом ей могут препятствовать временные и пространственные границы.

К счастью, она не страдала недугом Джерри Уэйда, Ронни Деврё и Джимми Тесайгера, которые были не в силах вставать рано. Сам сэр Освальд Кут и тот не нашел бы, к чему придраться, что касается времени ее пробуждения. В половине девятого Бандл уже позавтракала и была за рулем своего «Хиспано» на пути в Чимниз.

Ее отец, казалось, был приятно удивлен, увидев дочь.

— Никогда не угадаешь, когда ты появишься, — сказал он. — Но это избавит меня от телефонных звонков, которые я терпеть не могу.

Полковник Мелроуз, старый друг лорда Катерхэма, был начальником полиции графства.

— Ты имеешь в виду расследование смерти Ронни Деврё? Когда оно состоится?

— Завтра. В двенадцать. Мелроуз вызовет тебя. Так как ты нашла тело, тебе придется дать показания, но он говорит, что тебе совершенно не нужно волноваться.

— С какой стати я должна волноваться?!

— Ну, знаешь, — сказал лорд Катерхэм извиняющимся тоном, — Мелроуз немного старомоден.

— В двенадцать часов, — повторила Бандл. — Хорошо. Я приеду, если буду жива.

— У тебя есть какие-то причины предполагать, что ты не будешь жива?

— Кто знает! — ответила Бандл. — Напряжение современной жизни, как пишут в газетах.

— Это напомнило мне, что Джордж Ломакс просил меня приехать в аббатство на следующей неделе. Я отказался, разумеется.

— Совершенно правильно, — согласилась Бандл. — Тебе не нужно связываться ни с какими подозрительными делами.

— А там что, намечается подозрительное дело? — спросил лорд Катерхэм с внезапно пробудившимся интересом.

— Ну, предупреждающие письма и все такое, ты же знаешь, — ответила Бандл.

— Может, Джорджа убьют? — с надеждой спросил лорд Катерхэм. — Как ты думаешь, Бандл, может быть, мне все же поехать?

— Обуздай свои кровожадные инстинкты и тихонько сиди дома, — сказала Бандл. — Я поговорю с миссис Хауэлл.

Миссис Хауэлл была экономка, та самая величественная и скрипучая дама, которая внушала ужас леди Кут. Она была совершенно не страшна для Бандл, которую, кстати, она всегда называла мисс Бандл — след тех дней, когда Бандл жила в Чимниз, длинноногая, проказливая девчонка, до того еще, как ее отец получил свой титул.

— Ну, Хауэллочка, — сказала Бандл, — давай-ка выпьем по чашечке крепкого какао, и ты расскажешь мне домашние новости.

Она разузнала все, что хотела, без особого труда, делая в уме следующие замечания:

«Две новые посудомойки… из деревни… в этом, кажется, ничего нет… Новая третья горничная… племянница старшей горничной. Здесь все в порядке. Похоже, Хауэллочка здорово запугала леди Кут. С нее станет!»