Первый...

Прошло несколько секунд внутренних сомнений, после которых я мысленно чертыхнулась и пошла к кровати. Взобралась на нее и, укрывшись одеялом, сказала:

— Только попробуй подойти ко мне. Я не знаю, почему ты не хочешь ехать к себе, но, раз остался, сиди там на стуле. Надоест — уезжай. Только уходи через окно. Не буди моего папу и мачеху.

Кириан ничего не ответил, а я почти сразу перевернулась на другой бок и закрыла глаза.

Вот только, заснуть все равно не смогла.

Очень долго лежала и прислушивалась к тишине, а Кириан действительно не приближался к моей кровати. Сидел на прежнем месте.

— Так. Хватит, — я села и сбросила с себя одеяло. — Рассказывай, что ты задумал. Что за желание переночевать у меня? Какого черта ты не уезжаешь?

Кириан оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня:

— Не хочу, — ответил, проигнорировав первый вопрос.

— Почему? — мне уже хотелось взвыть. Больше всего на свете мне сейчас хотелось нормальных ответов.

— Думаешь, я знаю, Очкарик? — Кириан оскалился. — Можешь считать, что я присмотрелся к тебе.

Агеластос положил телефон на стол и подошел ко мне. Вновь положил ладони на талию и приподнял, после чего усадил на край стола. Встал слишком близко и сказал:

— Что ты хочешь услышать? Да, я присмотрелся. Да, ты заинтересовала, но, твою же мать, с тобой все черти как. Я бы с удовольствием ушел, но какого-то черта сижу тут и думаю, с какой стороны к тебе подойти. Ты же у нас порядочная. К тебе в кровать даже просто не лечь.

— Это… признание? — я попыталась улыбнуться. Сделать вид, что слова Кириана меня лишь позабавили, но получилось плохо. Почему-то щеки закололо и сердце ускорило биение.

— Считай, как хочешь, — Агеластос вновь прожег взглядом и буквально набросился своими губами на мои. Смял их и заставил ныть. Обвил рукой талию и притянул к себе.

— Подожди… — прошептала, пытаясь отстраниться и вновь переставая дышать, когда Кириан в очередной раз притянул меня к себе. Сколько же силы в его руках и мощи в крепком теле. Контролируемых, но ощутимых, из-за чего рядом с ним я чувствовала себя до невозможности хрупкой. Вот только, неожиданно это было приятно. Агеластос разрывал мою оболочку и, проникая под нее, пробуждал нечто такое, что разливалось по всему телу, давая понять, каково это быть слабой девушкой в руках сильного и опытного парня.

Мне все еще хотелось сопротивляться ему. Вновь закрыться от Кириана, но нечто подсказывало, что уже поздно. Да и сам Агеластос подливал масла в огонь, раз за разом набрасываясь с новыми поцелуями и ими истязая уже ноющие губы. Отдаленно давая почувствовать, что все происходящее было на грани. В жарком воздухе витало нечто такое, что отдаленно напоминало ощущение срыва его самоконтроля и безумия этого момента.

Я подняла ладони и ими коснулась стального торса, отчетливо ощущая жар кожи даже через ткань футболки. Делала это для того, чтобы опять попробовать оттолкнуть Агеластоса, но, в итоге, так ничего и не сделала. Разве что ладонями смяла его футболку и, немного опуская голову, чтобы не дать Кириану опять поцеловать меня, я прошипела: