Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года

Возможно, Джугашвили вел кружок и в железнодорожных мастерских, но не был знаком со всеми тамошними «передовыми рабочими». С Сергеем Аллилуевым он познакомился лично только после возвращения из первой ссылки в начале 1904 г., хотя Аллилуев утверждал, что и раньше слышал об энергичном молодом пропагандисте Сосо (в партийных кругах он был известен под этим уменьшительным именем, превратившимся в кличку; кличка Коба появилась не ранее 1904 г.)[218]. Неизвестно, когда Джугашвили впервые встретился с будущим «всероссийским старостой» М. И. Калининым. Они могли быть знакомы по Тифлису 1900-1901 гг., но прямых свидетельств этого нет.

Позднее Сталин с показной скромностью заявлял, что считает себя «одним из учеников передовых рабочих железнодорожных мастерских Тифлиса»[219]. В этом его специфическом кокетстве на самом деле было немало истины. Он учился разговаривать с аудиторией и добиваться нужного отклика, дирижировать реакцией слушателей. В последующие годы мы встретимся с воспоминаниями уже других его рабочих слушателей, описывавших, как мастерски он умел на собраниях и публичных дискуссиях с меньшевиками выдержать паузу, переждать выступления оппонентов, взять слово в точно рассчитанный момент и добиться того, что рабочая аудитория вставала на его сторону. Всему этому нужно было научиться, и школой были действительно тифлисские рабочие кружки. Тогдашние их слушатели доносят до нас содержание бесед. Как агитатор Сосо, видимо, и вправду имел успех, ибо сложно придумать иное объяснение его продвижению в партии, особенно на том раннем этапе. Уже тогда он сумел воспользоваться козырем, данным самой судьбой: мемуаристы признаются, что Сосо им нравился именно тем, что не был похож на интеллигента. Этот мотив повторят затем рабочие, знавшие его по Баку. Он был просто и бедно одет, не проявлял никакого сословного высокомерия, был своим, говорил понятно и доходчиво, избегал заумных, непонятных слов, наконец, понимал, что выступление должно быть кратким. Когда позднее партийные краснобаи, прежде всего Л. Д.Троцкий, объявляли Сталина плохим оратором, они были по-своему правы, но им не хотелось признать, что именно эта ораторская стратегия обеспечила ему успех.