Магия калибра 7.62

— Молодой, борзый, — буркнул себе в бороду мужик, но, как мне показалось, в этих же "зарослях", пряча и улыбку. — Ну, Иван я. Ивана же и сын. Легче тебе стало?

Нормально, пошел контакт.

— Так, Иван Иваныч, а про профсоюз ты слышал?

— Не, — почесал он здоровенной пятерней спутавшиеся на затылке волосы. — Не слыхал. Что за зверь?

— Да тоже самое, что воооооон тот фрак тебе предложил. Только общая контора, всех рабочих защищает. И не вот этот горлопан пойдет за тебя с директором завода говорить, а нормальные юристы, которые и с толком позицию свою разъяснить могут, и кляузу накатать в ведомство какое такую, что не в раз отмахнешься.

"Молотобоец" аж застыл, в возмущении.

— Так это чего, еще двадцать процентов платить?!!

— Зачем тебе платить им, если можно договориться с нами? — удивленно спрашиваю я.

— Так этих мы хоть знаем, а ты вообще непонятно откуда взялся!

Народ, из тех что поближе, согласно загудел.

— И не двадцать процентов, а всего два!

Гул сменился с угрожающего на удивленный.

— А что ж ты иметь с этого будешь? — пробасил удивленный здоровяк.

— А я, Иван Иваныч, на жизнь себе зарабатываю вот этими самыми руками. В мастерской. Но вот мама у меня контролерам ОТК работает. Да, не у вас, но им в этом месяце по шесть дополнительных смен выставили. Шесть, Иваныч! И у парней так же! Врать не буду. В накладе не останемся. Вот только притчу про веник и прутики ты не хуже меня знаешь. А, значит, и держаться вместе надо! Все ж таки не при крепостном праве живем. Чай еще и права какие-никакие имеем. Надо только их теперь защитить грамотно, а там…

Космач от моего напора несколько оторопел. Поверил ли? Хрен знает! Да и где я соврал? Тоже нигде! В том, что конечную цель имею, ну так то на мои слова и не влияет никак!

— Что ж ты от меня хочешь?

— С людьми говорить хочу! — Махнул я в сторону мегафона, что казался игрушкой в руках Винни.

— Говорить хочешь… — Негромко протянул Иваныч, прежде чем глубоко задуматься. Никто ему не мешал принимать решение. Уважают явно! — Говори! Вот только сцены у меня для тебя нет.

— Так и не надо! — Заверил я.

Мы еще посмотрим, кто вещает круче: Ленин с броневика или я с крыши "Паккарда"!

[1] «Arbeit macht frei» — фраза на немецком языке, звучит как «А́рбайт махт фрай», что в переводе означает «Труд делает свободным», «Труд освобождает» или «Работа освобождает». Фраза в качестве лозунга была размещена на входе многих нацистских концентрационных лагерей — то ли в насмешку, то ли для придания ложной надежды. Несмотря на то, что использование надписей подобного типа над входами в различные учреждения было распространённым явлением в Германии, конкретно этот слоган размещался по приказу генерала Войск СС Теодора Эйке, руководителя системы концлагерей Германии, второго коменданта концлагеря Дахау.