Электронная книга - «Правильный подход (СИ)». Краткое содержание книги:
— Не орать, сильно не кусаться, не оставлять следов на видных местах… — тем временем Сюэ Ян начинает идти по списку запретов. — Никаких разговоров о бывших, никаких подарков от них… Зефирка, о каких бывших речь? Ты пока что единственный, кто может им стать!
— Пока что? — мнительно уточняет Синчэнь. — И ты прекрасно знаешь, о чем я!
Мгновенно пришедшее раздражение придает решительности. Тюбик смазки открывается с оглушающим щелчком. Надо же, у персиковой не такой уж и ядреный запах, как у клубничной. Но, к сожалению, она такая же липкая и жидкая, а еще очень противно стекает по руке, щекоча кожу.
— Не позорить в общественных местах? Да когда я… — Сюэ Ян запинается, когда ему на копчик щедро льется еще не нагревшаяся прозрачная субстанция. — Будто Чужой харкнул, — делится он впечатлениями, ведя бедрами из стороны в сторону и раздвигая их шире.
— Если мне не изменяет память, они плевались кислотой, — бормочет Синчэнь, доставая небогатые познания в научной фантастики из недр разума. И ему совершенно не нравятся такие сравнения.
— Тогда советую быть пошустрее, а то от моей задницы ничего не останется, пока ты думаешь о жизни, — от всей души советует Сюэ Ян и невольно дергается, когда Синчэнь, следуя указаниям, на пробу проводит скользким пальцем ему между ягодиц.
Там, на нежной коже, особенно заметно, как натерла ткань, и это вызывает очередной приступ совести. Нужно действовать как можно аккуратнее, не торопиться, несмотря на нетерпеливые ерзанья и подбадривания. Пальцу тесно и горячо, и это… Очень странные ощущения. А вид еще более странный, если честно. Конечно, Синчэнь подобное видел и в тех статьях, которыми обчитался за неделю, и в порно (хотя он не большой любитель) такое зрелище часто встречается, но вживую… Внизу живота томительно тянет.
— И чем тебе шутки про даосов не угодили? Кажется, это у тебя с ними проблемы, а не у меня! — замечает Сюэ Ян, идя дальше по списку, на его мнение, полностью негодящему. Проникновение в собственное тело его если и заботит, то виду он не подает — гораздо сильнее его занимает чтиво.
— Потому что они понятны только тебе.
Синчэнь не может контролировать свой подрагивающий от возбуждения голос. Наверное, нужно добавить второй палец и попытаться сделать хоть что-то. Он отлично помнит пронизывающее сознание и тело чувство, которое его настигло, когда он сам был в такой же ситуации, в какой сейчас Сюэ Ян. И ему не хочется обделять его.
— Зефирка, ты же не зря читал ту муть, давай уже, развей все мифы!
Да нет никаких мифов, и развеивать там нечего. Зато можно вырвать из чужого горла почти жалобный полузадушенный стон, от которого самого прошибает едва ли не сильнее. А смазки хватает-то? Или нужно еще? Нет, да куда уж больше, и так чуть ли не половину вылил по неосторожности — несчастный леопардовый плед уже обречен на повторную стирку.
Сюэ Ян передергивает плечами, его лопатки напряженно сведены, а лист бумаги, который он все еще держит, уже изрядно смят. Но он намерен дочитать до конца — как раз доходит до последнего пункта:
— Эвелинн?! Ты серьезно? — с возмущенным стоном выдыхает он, однако подается назад, и стонет уже не от недовольства.
— Я думал ее вычеркнуть, но не хотел переписывать все заново, — сипло признается Синчэнь. — В конце концов, она все же нарисованная, и не может со мной соревноваться. И уж точно не сделает того, что делаю я.
— Технически, ты прав, она питается страданиями, соблазняя, а я…
Не то чтобы Сяо Синчэня сильно занимала предыстория несуществующей в реальности красотки, но его определенно радует, что Сюэ Ян сейчас абсолютно точно не страдает. Пальцы покидают будто раскаленное изнутри тело.
— Тебе было хорошо? — на всякий случай интересуется Синчэнь, и чувствует себя полным дураком, когда слышит в ответ смех.
— Ты слишком много думаешь, — веско заявляет Сюэ Ян. — Так что просто вставь мне уже, пока у тебя совсем мозги не склеились.
Да, от этих слов в голове будто что-то перегорает и плавится. А еще начинают роиться мысли, которые никак не получается унять.
— Ты так спокойно об этом говоришь, будто… Для тебя это норма. Да, ты говорил, что у тебя больше опыта с девушками, и с парнями ты обычно сверху, — начинает бормотать Сяо Синчэнь, понимая, что сам нарушает собственное правило — не говорить о бывших.
Сюэ Ян издает тяжкий вздох, переворачиваясь на кровати. По его лицу растекается неровный румянец, в глазах возбужденный блеск, а на нижней губе явственный след от зубов.
— Ты такой дурной, — сообщает он. — А чего мне беспокоиться, если ты себя тут же вскроешь, если решишь, что налажал? Слишком. Много. Думаешь, — с нажимом повторяет он.
Сложно с этим поспорить.
— Да, наверное.
— Избавлю тебя от тяжких дум, — усмехается Сюэ Ян и резко дергает Синчэня за руку, заставляя его лечь рядом с собой. А затем, оттолкнувшись от постели, садится, чтобы решительно перекинуть ногу через его бедра, устраиваясь сверху и тем самым не давая встать.
— Ты… Хочешь так? — до Синчэня не сразу доходит, что все это значит. Но он с честью справляется с пониманием ситуации, хотя и порядком ошарашен.
— Зефирчик, я слышал твое жалкое нытье, пока мы шли по коридору, — хихикает Сюэ Ян. — Не хочу, чтобы тебя заклинило в самый ответственный момент.
«Шли»? Это Синчэнь шел, а кое-кто бессовестно вис у него на шее и подгонял! И подобная забота почти… Трогательная?
— К тому же ты прав — я предпочитаю быть сверху, — рушит момент Сюэ Ян, нависая сверху. Его возбужденный член задевает член Синчэня, отчего с губ срывается судорожный вздох.
Чужие волосы щекочут лицо, поцелуй выходит быстрым и смазанным. Сюэ Ян отстраняется, выпрямляясь — он держит в руках так и не раскрытую пачку презервативов. И расправляется с упаковкой он на удивление быстро, особенно если вспомнить, какая ожесточенная борьба у него была в прошлый раз. И спустя минуту он уже деловито наносит смазку на член Синчэня. Тонкий латекс слегка притупляет ощущения от прикосновений пальцев, но так даже лучше. Несмотря на имеющийся сексуальный опыт сейчас все, как в первый раз. Ну, в некотором смысле он такой и есть.
— Если продолжишь на меня так смотреть, отниму очки, — предупреждает Сюэ Ян.
Не хочется уточнять, как именно, равно как и лишаться зрения. И правда, нужно прекращать бездумно таращиться перед собой, открыв рот, и куда-то деть свои руки. Однако Сюэ Ян, кажется, не против бездумно оглаживающих его по бедрам и талии ладоней. Шумно втягивая в себя воздух, он приподнимается, чтобы направить в себя член, и снова закусывает нижнюю губу, начиная опускаться.
— Зефирчик, серьезно, у тебя такой вид, будто ты сейчас откинешься. Если ты собираешься помереть в процессе, предупреди. Но лучше хотя бы изобрази видимость, что живой, — посмеивается он, упираясь ладонью в грудь Синчэня, а сам ведет бедрами, насаживаясь до конца.
И, несмотря на показную беззаботность, его голос выдает, что ему не так уж и комфортно. Ну и как тут изображать из себя живого, когда даже двинуться страшно? Пусть и безумно хочется. Ощущения от обхватывающей тесноты гораздо острее, чем от пальцев или языка, а сравнивать с чем-то еще, не принадлежащим Сюэ Яну, попросту нельзя.
— А ты не мог бы… Тоже как-нибудь сам? — не сдерживая почти что всхлипа, жалобно спрашивает Синчэнь. Также он прекрасно помнит, что его поначалу не особо вдохновляло проникновение в собственное тело, и не желает, чтобы сейчас все было так же. — А я…
— А ты останешься бесчувственным бревном. Все вы, мужики, одинаковые! — с театральным осуждением восклицает Сюэ Ян. И снова смеется, находя в раздосадованном лице Синчэня что-то на редкость забавное.