Уездная учительница магии

Придумать ответ я не успела.

— Добрый день, госпожа Верден. Пришли вместе со всеми полюбоваться на Северо-западный экспресс? Не обессудьте — развлечения у нас тут скромные. Но бывают и интересные сценки на вокзале. То воришку выкинут с поезда и поколотят, то нетрезвый пассажир скандал учинит. Жаль, сегодня ничего подобного не произошло. Надеюсь, вы все же не скучали.

Он застал меня врасплох. Начал непринужденный светский разговор. И даже, кажется, пытается шутить. Но мертвенный взгляд портил все впечатление. В нем напрочь отсутствовал любой признак веселья.

— М-м-м, да... конечно… — от растерянности я замялась и не сразу нашла ответную реплику. — Нет, я не скучала. По правде говоря, мне было куда интереснее смотреть, как вы управляетесь со своим грузом. У вас большая лесопилка?

— Немаленькая. И не одна. Еще несколько есть в соседнем уезде. Наше дерево идет во все уголки королевства. Мы поставляем и артиллерийское, и корабельное, и строительное дерево. И мягкие, и твердые сорта.

— Наверное, это не только прибыльное, но и увлекательное занятие. Однако жаль, что от красивого леса остаются лишь пеньки...

— Отнюдь. Там, где рубим, высаживаем новый. Оборот рубки от сорока до восьмидесяти лет на разных участках.

— И какое дерево вы валите? Сосны?

— И сосны тоже.

Несколько минут мы оживленно болтали. Я видела, что Робервалю приятно мое любопытство. Он давал подробные ответы, однако его интонация оставалась холодной и подчеркнуто вежливой.

— Вы купили лесопилку, когда приехали в Крипвуд из столицы?

— А, вам уже понарассказали обо мне! — он неприятно усмехнулся. — Нет, получил в наследство. Наша семья занимается этим делом много лет. Мой отец, до него мои дед и прадед. Я было думал избрать другое поприще, уехал в юности в столицу, но в конце концов вернулся сюда и пошел по семейным стопам. Весьма успешно.

Он немного помолчал; у меня тоже закончились вопросы.

— Однако вы любознательная особа, — вдруг заявил он. — Все хотите знать! Большинство знакомых дам находят мое занятие скучным и приземленным.

Роберваль сунул руки в карманы и очень внимательно осмотрел меня с головы до ног. В глубине его черных глаз промелькнуло новое выражение. В нем не было ничего оскорбительного, но по спине у меня пробежала дрожь, как предчувствие опасности. Потому что он увидел во мне женщину — возможно, впервые. И женщину, которая его чем-то заинтриговала.

Я ответила ему не менее пристальным и настороженным взглядом. Попутно отметив, что закатанные рукава он так и не опустил, а предплечья у него жилистые, с выступающими жгутами мускулов, и покрыты густыми черными волосками. И там и сям виднеются мелкие шрамы и порезы. Наверное, от работы с бревнами. Он явно не только сидит в конторе, заполняя бумаги и подсчитывая дивиденды. Сегодня я в этом убедилась.

— Как вы устроились в новом доме? Вас ничто не потревожило?

— Спасибо, отлично устроилась, — уверила я его с ослепительной улыбкой, гадая, к чему приведет изменение темы разговора.