Мелодия дождя
- Автор: Столыпин Валерий
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Мелодия дождя». Краткое содержание книги:
Лёнька переживал по поводу предательства Алины. Не так, как тогда, когда расставался с Милкой, всё-таки сказывается предыдущий опыт. Как ни говори, когда начались размолвки, приходилось думать обо всём, в том числе и о расставании.
Не то, чтобы он ожидал предательства, но прокручивал в уме, как бы поступил в таком случае. Не верил и всё же прикидывал варианты. Пытался отвергать такую перспективу, потому, что этого просто быть не могло, но иногда мелькала перед глазами, особенно после бурных разговоров, когда возбуждённая не в меру Алина отчитывала его, загибая пальцы, которыми обозначала его недостатки.
Иногда на неё находило некое вдохновение, когда она принималась азартно перечислять, что считает в жизни самым необходимым, вываливая обилие нереализованных желаний списком.
В такие минуты у неё горело лицо, пылали уши, непрерывно чесался нос. Алина говорила быстро, как бы выплёвывала слова, постоянно поправляла волосы, то рукой, то сдувала отдельные непослушные пряди.
Девушка энергично тыкала указательным пальцем правой руки, направляя его на Лёньку, как это обычно делают учителя и родители, отчитывая неслуха.
Список был слишком большой, чтобы запомнить его или обращать внимание на детали. Это эмоциональное шоу выглядело истерическим выпадом капризной девчонки, которая хочет, чтобы к ней относились, как к принцессе крови.
Первую часть представления юноша слушал с интересом, пытаясь вставлять реплики, но подруга начинала нервничать, иногда даже кричать.
Её раздражение озадачивало. Лёнька намеревался переждать, когда спадёт горячность, непонятно чем вызванная, но накал страстей лишь возрастал, постепенно перерастая в возмущённое перечисление его недостатков. Выходило, что он полностью состоит лишь из дефектов и несовершенств.
Наиболее значимые пороки Алина символически складывала в ладошку, запечатывала их загнутыми пальчиками. Заполненную до отказа ладонь, девочка стряхивала освобождающим движением кисти с развёрнутой звёздочкой пятернёй, отряхивала, хлопала одну о другую ладони и принималась фаршировать следующую партию несовершенств.
К этому моменту у Лёньки обычно кружилась голова, начинал дергаться глаз, но внешне он выглядел спокойно, что ужасно раздражало девочку. Она заканчивала нумеровать перечень, условно перечёркивая его рубящим, крест накрест, движением руки, затем сжимала ладонь в кулак, напрягая лицевые мышцы, ставя тем самым точку.
Далее выдавалась развёрнутая описательная характеристика, склоняющая изъяны и убожества его облика во всех падежах. В Лёнькиной голове гудела сирена, пытающаяся заглушить весь этот ворох несправедливых и поспешных суждений. Ему ли не знать, что девочка говорила о ком-то другом. Никак он не мог отнести к себе эти несправедливые обвинения.
Алина вставала в позу обиженной леди с высоко поднятой головой, слегка развёрнутой к оппоненту. Затем медленно разворачивалась, внимательно и жёстко глядя в глаза, проверяя силу и полноту реакции, которой не было.
Точнее, резонанс был, но совсем не тот, на который она рассчитывала. Лёнька был смущён, растерян, обескуражен, напуган.
Он пытался взять Алину за лицо, притянуть к себе и целовать, целовать. Девочка предупреждала его реакцию запрещающим движением руки, подкрепляя его недвусмысленной мимикой.
Обычно у человека бывает такое выражение, когда он чувствует невольное отвращение, например, когда ему предстоит убрать чью-то рвоту.
Понимая, что перегнула палку, получив совсем не тот эффект от сцены негодования, подруга нежно брала парня за руку, начиная нашёптывать что-то, вроде – "ну ты же должен понимать, я всё-таки девушка. Мне необходимо то-то и то-то".
Вслед за этим в качестве конфетки следовали страстные поцелуи, объятия, иногда, если позволяли условия, эротическая прелюдия и секс.
С некоторых пор у Лёньки появилось некое свойство памяти, позволяющее моментально забывать случаи агрессии и истерические сцены.
Он просто вычёркивал их из списка воспоминаний, ограничивая свою впечатлительность от излишних страданий. Это не было насильственным или натренированным действием, навязанной извне психотехникой. Таким простым, естественным, но весьма эффективным образом он ограждал психику от перегрева, избегая депрессий.
В его воспоминаниях Алина всегда была нежной и любящей. Как ни пытался, он не мог представить девочку хищницей. С ней связано столько хороших воспоминаний. Именно Алина вырастила в нём здоровый эротизм, научила любить и быть любимым. Пусть всё закончилось ничем, но даже того, что было, достаточно, чтобы её боготворить.