Сломанная марионетка [ЛП]

Вот дерьмо.

— Ладно, подожди. — Я встаю с кровати, чувствуя себя более уверенно на ногах. — Я имела в виду, что... — Он толкает меня обратно на кровать. — Бишоп! — кричу я, опираясь на локти и глядя на него.

— Кто-нибудь из них прикасался к тебе?

— Бишоп...

Он хватается за мою ногу и толкает меня на кровать, наступая мне между бедер.

— Не надо, Мэдисон. Не шути с этим.

— Я имела в виду, что это было...

Он прижимается губами к моей шее и грубо прикусывает ее.

— Было что? — спрашивает парень, его голос вибрирует на моей коже, а другая рука поднимается к моему горлу. Большой палец нежно поглаживает линию моей челюсти, пока он целует и облизывает всю мою шею. Прикусив нижнюю губу, чтобы сдержать стон, я закрываю глаза, но тут он вдавливает в меня свой член, и я теряю дар речи.

— Это был гребаный сон! — Кричу, все еще немного злясь на него.

Бишоп останавливается, делает паузу и утыкается лицом в мою шею. Проходит несколько секунд, и я чувствую, как его тело дергается на мне.

Сузив глаза, я бью его по ребрам.

— Ты что, бл*дь, смеешься?

Затем он разражается приступами смеха, перекатываясь на спину и хватаясь за живот.

— Черт.

Смотрю на него, смущенная и раздраженная, и как раз когда я собираюсь ударить его снова, понимаю, что это первый раз, когда я вижу, как Бишоп смеется. Или даже улыбается так широко. Или просто улыбается без скрытых мотивов.

Прежде чем я успеваю остановить себя, начинаю хихикаю.

— Прекрати смеяться. Это не смешно.

Он захлопывает рот, пытаясь сдержать приступ, а потом смотрит на меня, в его глазах пляшет юмор.

— Прости, детка. Но это чертовски весело. Ты злишься на меня из-за сна.

— Прекрати. Это было нечто большее, и это было похоже на...

Бишоп обхватывает меня за талию, поднимает и кладет на себя так, что я оказываюсь на его талии. Заложив руки за голову, он смотрит на меня, и я отворачиваюсь, боясь, что он заберет еще часть моей души и никогда ее не вернет.

— Эй, — шепчет он. — Посмотри на меня.

Я качаю головой.

— Я не хочу.

— Почему? — снова шепчет Бишоп, и я понимаю по его тону, что он честен.

— Потому что.

— Почему, Мэдисон?

— Потому что ты крадешь часть моей души каждый раз, когда делаешь это глазами.

Бишоп снова закрывает рот, его живот подрагивает подо мной.

О нет, он...

— Ты снова смеешься надо мной? — Я ловлю его взгляд, и он снова разражается смехом. Собираюсь слезть с него, когда он снова хватает меня за талию и притягивает вниз, так что мои губы оказываются в дюйме от его.