Общество изобилия

Понятно, однако, что представление об экономической незащищенности как о жизненно важном стимуле к эффективности и развитию экономики было не просто крупным просчетом, а одним из величайших заблуждений в истории экономической мысли. Эту роковую ошибку допускали в своих расчетах и марксисты, и традиционные буржуазные экономисты. Маркс и его последователи были глубоко убеждены, что любые попытки цивилизовать капитализм приведут не к приданию ему человеческого лица, а к новым уродствам. Страховые пособия по безработице, например, разрушили бы, по их мнению, механизм саморегулирования зарплат, рост которых сдерживался в промышленности лишь наличием резервной армии труда. На деле же на протяжении всего многолетнего периода роста озабоченности повышением уровня экономической безопасности принятие всё новых мер в этом направлении сопровождалось беспрецедентным ростом производительности. И те же ораторы, кто громче всех высказывал опасения относительно последствий стремления ко всеобщей защищенности, расшатывающих здоровье экономики, стали всё чаще с придыханием и опять-таки громче всех отмечать небывалые успехи на ниве повышения производительности, пришедшиеся ровно на те же годы.

Статистика роста выпуска продукции за счет повышения производительности труда после наступления эпохи защищенности выглядит поистине впечатляюще. За двадцать лет, предшествовавших наступлению 1930-х годов, которые ознаменовали начало всеобщей озабоченности проблемой защищенности, средняя производительность труда в денежном выражении (рассчитанная как национальный доход/ человеко-час) выросла с 89,6 цента в 1900 году до 113,3 цента в 1929-м, то есть в общей сложности на 23,7 цента при среднегодовом темпе роста на уровне около 1,2 цента. А за следующее после 1930-х десятилетие производительность суммарно выросла с 131,5 цента до 179,2, или на 47,7 цента, что соответствует среднегодовому приросту на уровне 4,8 цента – это вчетверо выше средних темпов роста производительности в предшествовавшие 1930-м десять лет. Рост производительности продолжался и в последующие десятилетия. Ясно, что всё большая озабоченность безопасностью не только не вступила в противоречие с повышением производительности, но и, напротив, вполне согласовывалась с многократным ускорением темпов прогресса по этому направлению[95]. Самые впечатляющие темпы роста выпуска продукции за всю историю США и других стран Запада как раз и пришлись именно на тот период, когда общество впервые озаботилось снижением рисков, присущих системе хозяйствования, основанной на конкуренции.