Моя новая маска

— Кёрста Тиан, получается, что такой способ знакомства, как у меня с кёрстом де Лонгом неприличен?

— Пока вы не совершили ничего непоправимого, кёрста Элен, но в будущем таких знакомств следует избегать. Судя по нашему разговору, этот молодой человек — она слегка взмахнула письмом, которое продолжала держать в руках — вызывает у вас симпатию и интерес. В этом нет ничего предосудительного, но есть ряд условностей, которые вы должны соблюдать.

Дальше кёрста разразилась небольшой лекцией, на тему — что я могла позволить себе, будучи старшей в роду, а что — категорически нет.

— Вы должны быть очень аккуратны! Право старшей в роду для девушек используют столь редко, что такие кёрсты всегда вызывают повышенный интерес людей и пристальное внимание к своей особе.

Для себя из этой лекции я четко уяснила одно — я всегда должна вести себя так, как будто за мной наблюдают.

С кёрстом Персивалем Эрнстоном нас познакомил кёрст де Лонг. Тогда, несколько дней назад, выбив у меня из рук коробку с пирожными, молодой человек несколько раз извинился, и сразу же заказал мне точно такую же упаковку. Он был достаточно любезен и, «во искупление вины», как он объяснил, заказал нам троим по бокалу прохладного лимонада.

Официантка в кокетливом голубом передничке выставила на стол запотевший кувшин с плавающими в нем кусочками льда и ловко наполнила три низких широких бокала.

Беседа завязалась как-то незаметно. С фразы кёрста Эрнстона:

— Всегда знал, что юные девушки — сладкоежки, но даже не предполагал, что настолько. Неужели у ваших родителей на стол не подают десерт?

— Я старшая в роду кёрст, и такие пирожные любят мои сестра и брат.

Я сделала паузу и добавила:

— Впрочем, я действительно сладкоежка.

— Простите, кёрста Элен, — молодой человек явно чувствовал себя слегка смущенно — смерть родителей не тема для легкой беседы. Однако, он быстро оправился и с большим интересом расспросил меня о детях.

Кёрст де Лонг, для которого эта информация уже не была новостью — подписывая договор с его фирмой я уже предъявляла свидетельство старшей в роду, слушал наш разговор с интересом и даже спросил, в какую школу я собираюсь отдавать Линка.

В общем-то ничего серьезного в этой дружелюбной болтовне не было, не считая того, что кёрст Эрнстон во время беседы старался смотреть мне в глаза. Я чувствовала, что симпатична ему. Разговор с двумя кёрстами был несколько сумбурный, но, когда новый знакомец попросил у меня разрешения нанести визит в наш дом, я ответила отказом.

Вовсе не потому, что он мне не понравился, а потому, что не знала допустимо ли это.

Сама я выкинула это мелкое происшествие из головы практически сразу, как вышла из кондитерской — мне совершенно точно было не до личной жизни. Однако, в том самом письме, которое я получила сегодня, кёрст Эрнстон просил меня оказать ему честь и позволить пригласить себя в ту самую кондитерскую.