Ведьмой быть не запретишь...

— Демонов больше вызывать нельзя, я и своего пока что призывать не буду. — потом бросила колкий взгляд в мою сторону. — Пока ты здесь.

Я все еще растерянно глядя туда куда пропал демон, спросила:

— А что со мной не так?

Вместо ведьмы ответил Кузьмич:

— Все с тобой хорошо, Василисушка, не слушай старую, совсем головой плоха стала.

Вот после этого я внимательно посмотрела на ведьму, просто Кузьмич никогда так со ной не разговаривал. Ганна стояла и внимательно что-то рассматривала в круге, одной ей видимое.

Потом притопнула ногой и зло приказала.

— Вяц, закрой проход.

Дух с диким ревом прыгнул в круг и исчез.

— Совсем обнаглели, обнануть меня задумал. — повернулась ко мне. — А вот теперь можно и поговорить.

Старая ведьма тяжелой поступью дошла до крыльца и опустилась.

— А как же Вяц?

Мне было интересно куда пропал дух, он вроде как к месту привязан был. Ведьма быстро взглянула на меня.

— Знаешь ли ты, Высилиса, откуда берутся духи-хранители?

Я кивнула, нам в школе это рассказывали.

— Нужно дух неупокоенный к своему дому привязать, только сильная ведьма может это сделать.

Старуха громко рассмеялась, да так что аж слезы выступили.

— Закрывать к чертям такую школу надобно, куда только совет смотрел? — она хлопнула по деревянному настилу порога. — Вяц здесь покоится.

Я удивленно покосилась на порог.

— Это как?

Ведьма посмотрела на враз протрезвевшего и помрачневшего Кузьмича.

-,А ведь ты все знал, знал что девчонку в самую худшую школу послали, да даже не школу, а не пойми куда. Вот только зачем?

Кузьмич грозно повел отростающей бороденкой.

— Так положено было.

— Это кем положено? Хотели все скрыть, да только кота в мешке долго не продержишь, все равно сбежит. — повернулась ко мне, грусто улыбаясь. — Расскажу тебе одну историю. В молодости я красивая была, не такая как ты, ты светом полна, а у меня тьма в крови играла. Влюбилась я без памяти в одного богатыря, всем он был хорош, и статью, и нравом не злобливым, как раз по мне. А он не полюбил, пару раз пришел ночью, а потом задумал жениться на купеческой дочке. Разозлилась я тогда жутко, долго не трогала их семью, там уж и детишки пошли. И вот когда третьего она родила, я не сдержалась, чужое счастье ой как глаз муляет. Прикинулась я девушкой в лесу потерявшейся, богатырь с добротой в дом к себе пригласил, обогрели, напоили, да спать уложили. Вот только не догадался никто что в мисках яд насыпан, у всех кроме хозяина дома, мне его горе нужно было увидеть, а глаза отводить я хорошо умею, никто ни о чем не догадался. К утру жена Вяца и все трое детей померли, кровью изошли, он один остался. Проснувшись и увдев меня в истинном облике за стлом, и семью свою бездыханную, бросился с топором на меня, да сам же от топора того и погиб. Что сила богатырская против тьмы? Так, тьфу. — она сплюнула на землю. — Выплюнул и растер. Тело его я едва до дома дотащила, выкопала под порогом яму, и закопала туда богатыря, провела несложный обряд по привязке духа его к месту, сложнее было душу в теле удержать пока домой тащила. И вот служит он мне уже очень давно, память они в посмертии теряют и только хозяйку свою помнят, если до этого встречались, и то только то, что хозяйка позволит. Я и позволила помнить ему только те три ночи. Только так духи-хранители дома и появляются, девочка, тело под порогом лежать должно. Коли его выкопать да по всем правилам покою предать, дух и отлетит куда положено.