Заложница поневоле

— Извини, — совсем не хочу обращаться к нему официально. Казалось, сутки, что мы провели вместе у него в доме, сблизили нас. — Опоздала на десять минут в салон, пришлось ждать два часа.

Я не лгала. Долго выбирала туфли к платью, поэтому тоже упустила время. Только мама напомнила, для чего я вообще искала их.

— Кто этот мужчина? Он такой странный и, — бросая взгляд мельком в сторону того самого Владимировича, который стоит в стороне и пьет какой-то напиток, при этом смотрит в упор на нас, — жуткий тип.

— Не волнуйся, он не маньяк, это наш зам, Владимир Владимирович. Ты его не видела, но я рассказывал тебе о нем.

Снова обратила внимание на мужчину. Наши взгляды встретились. Его губы тронула улыбка, но глаза оставались холодными. Поднял руку с бокалом, кивнул головой, шутливо поклонился, и после этого пригубил свой напиток. Мне не понравилось, как он смотрел на меня. Шестое чувство шептало, чтобы я была начеку с ним. Не подходила к нему. Не нравился мне этот тип, хоть и не знала о нем толком ничего.

Между мной и начальником повисла тишина. Мы оба замолчали, я слушала только музыку, хотя мыслями была далеко отсюда.

— После Нового года я уйду из компании, — проговорила на одном дыхании. Марк резко остановился, перестал вести меня в танце и впился глазами. — Надеюсь, после работы здесь, смогу найти хорошее место. Конечно, не секретарем, и зарплата будет другая, но у меня будет работа, — пытаюсь разбавить атмосферу между нами. Марк молчит, и просто смотрит на меня. Это настораживает.

— Надеюсь, это не из-за меня? — спросил холодным голосом.

— Нет, ты здесь ни при чем. Причины нет. Её просто нет, не ищи, — и чуть слышно добавила: — Пожалуйста!

Опустила голову, чтобы он не увидел, как на глазах навернулись слезы. Я еще не приняла окончательное решение, но чувствую, так будет правильно.

— Ульяна, посмотри на меня! — прозвучал стальной голос. И когда я отказалась подчиниться, Марк сам заставил поднять голову. Схватил за подбородок большим и указательным пальцами, сжал и рывком поднял лицо. Зажмурила глаза до черных пятен и отказалась смотреть на него. — Открой глаза, — сказал холодно. И от его тона я напряглась. В ушах стоял гул, а сердце в груди билось в два раза быстрее. — Открой глаза, девочка.

Его голос ласковый и столько мольбы в нем, что распахнула глаза и уставилась на мужчину. С ресниц сорвалась одинокая слеза и скатилась по щеке. Я не боялась, что могу испортить макияж или размазать тушь по щекам. Но и плакать не собиралась.

— Что случилось, пока ты была в родительском доме?

Смахнула слезы и выдавила улыбку. Марк все еще удерживал меня на месте и не давал отвести голову и взгляд.

— Ты о чем? Я не понимаю тебя. Что должно было случиться дома? Сестры не было, чтобы она могла настроить меня против тебя и…