Заложница поневоле

— Ложись в постель, ты еще слабая.

Отчаянно отводила взгляд в сторону, стараясь не смотреть в его глаза. Я все еще смущалась, чувствовала себя школьницей, которая в тайне от родителей смотрела журнал с обнаженными моделями-мужчинами. Но Марк не был моделью, и я видела его не на фотографии, а вживую.

— Все-то тебя надо заставлять.

Марк закатил глаза и ловко поднял меня на руки. Я не ожидала от него такого, и поэтому обхватила за шею, близко склонившись к его лицу. Наше дыхание смешалось воедино, мы почти соприкасались кончиками носов. Мы жадно впились в друг друга глазами. Воздух вокруг будто стал наэлектризованным. Моя рука сама двинулась вверх и коснулась его лица. Трехдневная щетина Марка приятно покалывала ладонь, темные глаза жадно шарят по-моему лицу, останавливаясь на губах. И, как по заказу, у меня во рту пересохло, облизываю губы, и мне почему-то важно, чтобы это выглядело для него красивым. Сексуальным. Вдруг поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он тоже смотрел на меня так, как я смотрела на него минутой ранее. Хочу заворожить его, а также коснуться этих жестких губ своим. Не знаю, что это, почему я веду себя так. Минутное помешательство или результат похищения, стокгольмский синдром? Гулко сглатываю и позволяю ему целовать меня, даже призывно открываю рот, мягко поглаживаю пальцами его щеку как бы подталкивая.

Марк накрывает мои губы, и я, ожидавшая жестко напора, совсем теряюсь, когда он целует меня нежно, даже робко. Словно я хрустальная и могу в любой момент разбиться. Будто он просит разрешения. Ждет от меня чего-то. И я только собираюсь ответить на этот поцелуй, как нас отвлекает трель моего телефона. Мы оба останавливаемся, замираем. Телефон замолкает, будто давая нам время отдышаться. Мои губы пылают, живот скручивает спазмом. Марк мягко опускает меня на постель, заботливо укрывает одеялом. Вручает в ладонь таблетку и подает стакан воды, а после телефон, разрывающийся от звонка. Смотрю в сторону Марка, который, словно надзиратель, стоит рядом и ждет, пока я поговорю. Однако я еще не представляю, как этот разговор вгонит меня в краску.

— Ульяна, о, боже! — слишком громко выкрикивает мое имя Алина. — Как ты? С тобой все хорошо? Где вы? — засыпает она вопросами, я не успеваю вставить и слова. — Ну, не молчи же, подруга.

— Алина, успокойся сначала, со мной все хорошо.

— Ох, — кажется, девушка вздохнула. — Камень с плеч упал, подруга. Я так перепугалась, когда увидела Марка Филипповича выносящим тебя на руках. Мы с коллегами еще не успели дождаться лифта, как шеф вышел с тобой. Ой, в офисе такой переполох устроили, голубки, — осторожно бросаю взгляд на Марка. Тот внимательно следит за мной. — Ну? — подталкивает она.

— Что ну?

— Не хочешь рассказать, что между вами? Вы встречаетесь? Трахаетесь? И как он тебе? Классный?

Кажется, реплику подруги слышала не только я, судя, по насмешке «шефа».

— Мы не тр… — одергиваю себя. Я уже боюсь смотреть в глаза Марку. — Алина, мы ничем таким не занимаемся, — последние слова выдавливаю сквозь зубы. — У нас чисто деловые отношения.