Увеличительное стекло [litres][Looking Glass]

— Хорошо. Хм, опять голубой HERC2 и зеленый gey, очень странно…

Я чувствую прилив адреналина. Либо он с ходу достал те же образцы, что и у меня, либо у нас уже четыре зеленоглазых жертвы.

— Ладно, давай следующий.

— Момент. У меня вообще всего восемь образцов. Э-э-э, нет, HERC2 коричневый.

— Ладно, может быть, правило не очень строгое. А что у остальных?

— Хорошо, смотрю четвертый. Нет, не зеленоглазый. Пятый и шестой… Результат отрицательный. Но все равно очень интересно. Два зеленоглазых ребенка.

— И Артис, у него серебристые.

— Да, у Тоймена явное предпочтение, это точно. Проблема в том, что таких детей немного.

Что-то в словах Санжея заставляет меня задуматься.

— Погоди-ка! — Я проверяю данные на своем компьютере. — А что у других с геном OCA2, привычные варианты или редкие?

— Сейчас гляну… минуту. Хм, редкие. Вот это уже очень, очень странно. У всех шести жертв, кроме зеленоглазых, схожие мутации.

— Это потому, что зеленые глаза — не главная причина, — отвечаю я и чувствую, как еще один кусочек пазла со щелчком встает на свое место.

— Так, а за что у нас отвечает OCA2?

— Много за что. Но вот эта самая разновидность мутации определяет, пожалуй, самую заметную внешнюю черту: все наши жертвы — альбиносы.

Я слышу, как Санжей непроизвольно вдыхает.

— Это важно! — говорит он. — Я буду звонить детективу Чен. Напомни, как ты до этого додумался?

— Извини, не могу сказать.

Я вешаю трубку, чтобы криминалист мог сообщить начальству о прорывной находке и способе установить, какие из исчезновений могут иметь отношение к делу Тоймена. Если убийца действовал в других районах, это поможет выяснить, где именно. Предокс уже пометил как потенциальные зоны его интереса Хьюстон, Атланту, Денвер и Чикаго. Я запускаю дополнительный поиск по выделяющимся внешним признакам, типа рыжего цвета волос у африканцев.