Изгой [неокончено]

И тут мы выскочили в бесконечный голубой простор. А под нами засыпанные белоснежными хлопьями облаков прорисовались зигзаги горных вершин, и разбежались серебристой паутиной реки.

С привычным гудением заработали экраны управления, высветили информацию о том месте, куда мы попали. Перед глазами словно натянули серую ткань, и я сосредоточился на посадке. Космолёт швыряло из стороны в сторону, что удивляло и пугало меня. Казалось, что что-то в системе нарушилось, и сейчас мы грохнемся о землю, разбившись в лепешку. И главное, что никто не мог бы помочь мне. Кузьма дрых в своем кресле. Я лишь слышал его смачный громкий храп.

От напряжения всё поплыло в глазах, вокруг задрожал нагретый воздух, окружив меня, как коконом. Руки заскользили по мягкому рифлёному пластику штурвала, из-под мышки пробежала струйка пота.

Наконец, шасси коснулись покрытия, заскрипели тормоза. Я включил реверс, и турбины изменив тональность, взревели высоко и протяжно. Вжал педали тормоза в пол так сильно, что спазмом свело пальцы ног. Скорость начала падать, цифры на мягко светившемся табло стремительно уменьшались и всем телом я ощущал, как космолет замедляется. Всё сильнее и сильнее. Мы остановились. Гибкими змеями уползли ремни безопасности, и я с облегчением откинулся на спинку кресла.

— Ну что, Кузьма, неплохо мы сели? — бросил я и с удовольствием потянулся, распрямляя затекшие руки и ноги.

Тишина в ответ. Я медленно, даже с какой-то опаской, повернул голову, и взгляд упёрся в стеклопластик кабины, за которым угадывалась серая бесформенная масса. За моей спиной не было двери в салон. Мика тоже исчезла. Я находился в прозрачной шарообразной кабине совершенно один. Только рулевая колонка с рогами штурвала и кресло. Больше ничего.

Чёрт возьми, да это же мой флагман RX-2000, который подарил мне Модест Моргунов! Ну как подарил? Просто я доказал, что мне нужен такой летательный аппарат, и Модест раскошелился. Нет, космолёт стоил не так уж дорого, но председатель Совета Десяти (самых богатых людей планеты, разумеется, хотя так их никто официально не называл) умел считать деньги и просто так на ветер не бросал.

Но ё-моё, как же я оказался здесь? Сплю я что ли? Потряс головой, ущипнул за руку. Больно. Но что это? Фантазии гаснущего сознания? Вроде бы нет. Никогда раньше я не ощущал себя таким бодрым, таким ясно мыслящим.

С мягким гулом пневматика откинула надо мной фонарь, сбоку легко звякнула лестница. И я спустился вниз, спрыгнул на серые плиты. Ветер задорно швырнул горсть пыли в лицо, разворошил мокрые волосы, запустил за воротник рубашки свою ледяную ладонь.

Рядом улыбался полноватый мужчина в синем комбинезоне техника.

— С прибытием, товарищ полковник! Как долетели? — гаркнул он, вытянулся, выставив живот.

Ба, да это мой техник, Афанасий Юрской. Ёлки зеленые, откуда он здесь?