Карбон (СИ)
- Автор: VELVET ORCHID
- Язык: русский
- Жанр: Слэш
Электронная книга - «Карбон (СИ)». Краткое содержание книги:
Идиоты. Пожарная безопасность просто отдыхала.
Но может, это была гениальная задумка архитектора, а может… А может, на законодательство насрали. Или, может, дома просто хотели соединить.
Черт их разберёт…
Это просто было очень глупо. Глупо. Но безумно удачно для Бориса. Перепрыгнуть такое расстояние для него херня. Он мог и три метра легко преодолеть. По крайней мере, раньше.
Борис прислушался. Погода стояла безветренная. И даже на такой высоте порывы почти не ощущались. Идеально.
Борис, не пытаясь смотреть вниз, забрался на парапет, и, как следует раскачавшись, прыгнул. Ветер дунул ему в лицо, а потом Борис выдохнул и приземлился четко на обе ноги.
Не обращая внимание на то, что за спиной, Борис прошёлся по парапету, считая шаги. Он примерно запомнил, где был балкон.
На двадцать пятом шаге Борис остановился и глянул вниз. Точно. Не ошибся. Он увидел край открытого балкона. Борис расслабил тело и вновь прыгнул. На этот раз вниз. Ему опять удалось приземлиться на обе ноги.
Как удачно! Не хотелось ломать конечности в очередной раз.
Балкон был открыт. Нереальное везение.
Бить окно не пришлось.
Борис тенью скользнул на кухню и сменил перчатки на руках. Не разглядывая обстановку, он высмотрел на кухонном столе подставку с ножами и вытянул один из них - с самым широким лезвием. Хозяина квартиры долго искать не пришлось.
Свет от телевизора был виден из коридора. Борис плавно, не скрипнув дверью, возник на пороге, словно призрак.
Мистер Эванс на него даже не посмотрел. Он самозабвенно стискивал свой жалкий член, наблюдая за тем, что происходило на экране. Борис медленно повернул голову. На экране прекрасный Давид Феретти танцевал вокруг шеста в чёрной сетке.
О, знакомый клип…
Борис резко повернулся обратно к мистеру Эвансу.
О, кажется, кто-то тискал свой бедный стручок последний раз. Борис достал из кармана скотч, а нож, который он держал за спиной, взметнулся…
После того, как все закончилось, Борис вышел из комнаты, стараясь не наступать на кровь и бросил нож обратно на подставку. Все равно ничего не найдут…
Флешку с клипами Давида Борис изъял.
Никто не должен связать Давида с этим преступлением…
Борис огляделся и заметил на стене кухни красивый морской якорь, не очень большой и крепкий. Интересно, если его привязать к веревке, то удастся забраться с балкона на крышу?
Как оказалось, удалось.
Борис хотел бы перевести дыхание, но на эту ночь у него осталось ещё одно дело.
***
Гилберт жил в старом доме, где не было ни консьержа, ни камер. Борис посмотрел на почтовые ящики, заметил единственный инициал с буквой «Г» на одном из них и, взяв с собой запасную шпильку, которую часто таскал с собой, но никогда не надевал, забрался на четвёртый этаж.
Вскрыть аккуратно и незаметно хлипкий замок оказалось удивительно просто. Хотя выбил он бы быстрее…
Зато получилось очень тихо.
Борис в любой момент ожидал нападения. Он не знал, спал ли Гилберт… Не мог это проверить сразу. Но нападения не последовало. Его не заметили.
В коридоре свет не горел, но хозяин не спал.
В другой комнате был, похоже, включён ночник.
Гилберт разговаривал по телефону. Борис невольно прислушался.
Потому что разговаривал мужчина на повышенных тонах…
Только бы он был один! Убивать посторонних Борис не собирался.
- Да, да… - лихорадочно тараторил Гилберт, - Я найду деньги, Эшли, не переживай… Я знаю, что вторую операцию нужно проводить в ближайшее время! Я знаю! Я все отправлю! Мистер Эванс скоро даст мне новое задание, и на этот раз я не облажаюсь, поверь мне!
Повисла пауза. Видимо, Гилберт слушал своего невидимого собеседника.
- Да-да, я знаю, как виноват! Знаю, что если бы не торопился, ничего бы не было! Мы бы не попали в аварию! Эшли, не надо, прошу! Деньги будут! Мэри снова будет ходить, обещаю! Наша девочка будет ходить… - голос Гилберта сорвался.
Руки Бориса сжались в кулаки. Взгляд его вдруг упал на тумбу, где стояла фотография в рамке. Борис осторожно взял ее в руки. На снимке светло и счастливо улыбалась девочка лет пяти, держа розового зайца в руках.
Вот оно как…
Борис с трудом улыбнулся и поставил фотографию обратно.
Вот, значит, как.
Грудь Бориса сковала боль. Сильная. Он так любил Давида Феретти и без сомнений убил бы за него. Борис и убил.
Но иногда поднять руку он был просто не в силах.
Кати правильно говорила:
- Мы все ещё люди.
Да, поломанные, но люди.
Жизнь тебя и без меня наказала, правда, Гилберт? Придётся найти другую кормушку. Твой хозяин мертв.
- Я обещал себе защищать Давида. Беречь его от боли, - мысленно обратился Борис к Гилберту, - Так что если ты причинишь боль ему ещё раз, то я без раздумий убью тебя, несмотря на твою дочь. Но я отчасти понимаю тебя, Гилберт. Родные - превыше всего. Хотя я бы никогда не стал делать так, как ты…
Борис молча и уверенно направился к выходу, оставляя Гилберта за своей спиной.
***
Борис дрожащими руками наливал себе воды. На часах было почти шесть утра.
Остальные полночи он провёл в заброшенных доках, сжигая улики. Не тащить же их к отцу?
Адреналин схлынул, и сейчас Борис понял, что натворил. Хладнокровно убил.
Но он знал, что не мог поступить иначе.
На кухне раздался шорох, и Борис вздрогнул. Но это был всего лишь отец, который зябко кутаясь в халат, спустился к нему, заслышав шум.
- Утро, - обозначил очевидное отец, - Ты хотел погулять перед сном. Я понял. Но почему ты не сказал, что собирался ложиться в семь утра? И не отвечал на звонки? Я всю ночь глаз не сомкнул. Ты обиделся на меня? Из-за приёма?
Борис прикрыл глаза и, отодвинув в сторону стакан, спокойно сказал:
- Я убил человека.
- Очень смешно, Борис, - проворчал отец, с укоризной смотря на него.
Борис молча и холодно взглянул ему в глаза, и отец побледнел.
Да, он убил. И убил расчётливо. Уничтожил все улики.
Потому что не хотел сидеть из-за этой твари.
Из-за того, что Борис был членом Карбона, он готов был отрабатывать вину пожизненно, но тут…
Ненависть была слишком сильна.
Он убивал бы за Давида снова и снова.
- Я никогда не был ангелом, пап, - устало произнес Борис, - Разве ты не знал, кто я?
Ноги его внезапно ослабели. Он почти рухнул на пол, держась за кухонный стол.
Отец мгновенно бросился к нему, придерживая его за талию.
- Я убил гражданского и не раскаиваюсь, - прошептал отцу Борис, - Я бы делал это снова и снова. Ты простишь своего ничтожного сына? Я сегодня же пойду в полицию с повинной.
Борис не хотел сидеть из-за этой твари. Но это не значило, что он не был готов.