Электронная книга - «(Не) мой жених». Краткое содержание книги:
В тексте есть: разница в возрасте, сложные отношения, неидеальные герои
— Там не хватало несколько таблеток, Лев, — напоминает мне Аня. — Я неглупая. Или у тебя ещё какая та беременная девушка была? И на неё ты недостающие таблетки истратил?
— Нет! Только ты! Ты мне что настолько не доверяешь? — возмущённо задаю вопрос, не веря, что такая мысль могла прийти в её голову.
— И всё же нам не хватало таблеток для комплекта… — тянет, требуя ответа.
— Прошу выслушай меня сейчас и не отключайся, — решительно заявляю. — Я растворил недостающие таблетки в чае, который приготовил для тебя, а потом вылил его в раковину, а тебе приготовил обычный, собиравшись признаться тебе во всём, но ты опередила меня и нашла упаковку от таблеток. Я не дал бы тебе тот чай! Ты мне веришь?
— Зачем? — не унимается и продолжает расспрос. Я знаю, что она там плачет и слёзы её вызвал я. — Зачем ты хотел избавиться от малыша?
Я чувствую её боль. Слышу её безмолвный крик души, который она прячет, чтобы я не узнал, как ей сейчас плохо. Ей сложно справляться со своими эмоциями, я понял это давно. И сейчас… её маска спокойствия — настоящий ужас: боль, крик, слёзы, ненависть, желание мстить, сделать больно, убить, погибнуть самой, раствориться, исчезнуть, убрать меня из своего сердца и жизни.
Она пытается выполнить обещание, данное мне в лифте, но у неё ничего не получается. Потому что не может человек вырвать из своей души часть себя. У меня тоже так было… но я сумел справиться и принять свою вину и простить тебя. Ей следует поступить также: принять себя и простить себя за слабость, которой она считает чувства ко мне.
— Когда мне было десять у моих родителей родился ещё один сын, — начинаю свой рассказ. — Моя мать была носительницей гена гемофилии, поэтому мой брат родился больным. В тот ужасный день мама отвлеклась и не уследила. Он умер от генетического заболевания, так же как и её родной брат, — замолкаю, убирая с глаз воспоминание, где мама кричит, держа окровавленного мёртвого брата на руках. — Смерть моего брата, а после состояния мамы запечатлелось у меня в памяти и слово «генетическое заболевание» и «мои дети» пугало меня и в один момент я решил, что у меня не будет детей… У меня не будет родных. Я планировал усыновить или удочерить кого-то вместе с женой… тобой. Когда я узнал, что ты беременна, у меня перед глазами возникла картина, где мама, крича просит Бога забрать её тоже к брату или забрать её, а ему вернуть жизнь… Она очень плохо переживала горе. Папа с трудом вывел её из того состояние. И мы закрыли эту историю под семью замками, чтобы мама не страдала. Почему я не хотел ребёнка? Я боялся, что такое же случиться с тобой… Я мог тебя потерять! Не факт, что ты пережила бы смерть ребёнка, как моя мать…
— Лев, а ты здоров? У тебя нет этого заболевания? Я никогда у тебя не замечала ничего такого, — насторожённо интересуется. — Или я была невнимательна и не замечала этого?
— Нет. Я здоров, — отвечаю, смотря на часы, которые показывали уже пятнадцать минут нашего разговора.
— И у меня его нет, — тихо произносит. — Я не являюсь его носительницей заболевания, как твоя мама. Значит, малыш наш тоже был бы здоров.
— Я тогда не знал об этом, — продолжаю рассказывать. — Ты ведь помнишь, что между известием, что ты беременна и нашей ссорой прошло всего несколько дней. Я должен был изучить этот вопрос, прежде чем решаться на такой шаг, но страх сковал меня. И я решил пойти по короткому пути, но всё же не смог.
— То есть всё это было из-за болезни? — задумчиво уточняет и я так и представляя, как сейчас она грызёт карандаш или ручку, как делает каждый раз, когда о чём-то думает.
— Да, — киваю, словно она может это увидеть. — После твоей якобы смерти я переживал, и отец отправил меня к психологу справиться со всеми моими переживаниями и депрессией. И эти мои детские страхи психолог тоже вытащил. Именно она меня убедила сходить в клинику и обследоваться и точно понять, будут ли у меня больные дети. И оказалось… что я чуть не совершил ошибку.
Мне было всего десять. Я любил рисовать, играть во дворе с братом в песочнице, строить ему башни, которые он рушил, смеясь так звонко и смешно, что я был готов строить и строить башни. Чёрт дёрнул меня в тот день поехать к однокласснику в гости и оставить маму одну справляться с братом. Если бы я остался, то вовремя бы позвал маму… Я пришёл уже тогда, когда мама, держа брата на руках, кричала и кричала… но брат был уже мёртв. Его крохотное, беззащитное тельце было безжизненным и в крови. Его собственной, из-за которой он погиб.
Её крик был таким громким, отчаянным и диким, что протяжение двух лет я слышал его каждый раз, стоило закрыть глаза. А брат весь в крови — приходит в кошмарах, но только не, когда я с Анной-Беллой. Она словно забирает всё и даёт мне дышать, спать… Моя девочка… моя лекарство и сейчас, когда её нет — крик матери, брат в крови, друг, что погиб в аварии, и мой собственный ребёнок… доводят меня до алкоголизма, ведь я частично виноват в том, что случилось с ними всеми.