Прожектеры: политика школьных реформ в России в первой половине XVIII века [litres с оптимизированной обложкой]

Более осторожно можно задаться вопросом, не объясняется ли отсутствие в рассматриваемый период попыток формализовать организационное устройство Навигацкой школы тем, что такая формализация не была нужна самому Курбатову. Его влияние в школе было основано на личном доступе «прибыльщика» к государю, на его отношениях с влиятельными сановниками, такими как Головин и Меншиков, и на имевшихся у него возможностях распоряжаться ресурсами Оружейной палаты и расставлять на ключевые позиции своих клиентов. Наличие таких неформальных механизмов контроля способствовало консервации существующих моделей распределения ресурсов и полномочий, сложившихся иерархий и отношений как внутри школы, так и между школой и ведомствами, которым она была подчинена. Когда же мы все-таки находим в эти годы какие-то попытки формализовать организационную структуру школы, зачастую оказывается, что они обусловлены личными интересами тех или иных игроков, а не какими-то потребностями «модернизации». Так, попытки британских учителей добиться назначения особого должностного лица в школе «для надсматривания и управления <…> у тех наших наук <…> чтобы тех учеников, которые будут, в подобострастии держать», были связаны со стремлением придумать должность для Андрея Кревета. Когда же Курбатов отстранил Кревета от школьных дел, подобная должность оказалась не нужна, и более о ней никто не вспоминал.

Вскоре после передачи школы под управление Приказа воинского морского флота (не позднее 1707 года) разграничение обязанностей между учителями было, однако, официально закреплено изданным от царского имени указом. Магницкому предписали ведать учеников, «которые пребывают учением в арифметике даже до навигации, а как они из того учения выдут, таковых отсылать без всякого у себя задержания в вышнее учение к учителям иноземцам Андрею Фархварсону с товарищи», но при этом Магницкий и Фархварсон должны были самостоятельно вести учет посещаемости и успеваемости учеников и переписку с флотским начальством308. Иными словами, указ фиксировал полную самостоятельность Магницкого, а организационно – наличие двух обособленных и никак друг другу не соподчиненных «школ». В данном случае формализация и бюрократизация управления выливались в укрепление автономии Магницкого и, тем самым, в кодификацию традиционной модели учебного заведения как совокупности отдельных «школ», то есть автономных учителей-«мастеров».