Электронная книга - «Мой папа самый лучший». Краткое содержание книги:
Никогда не думала, что мужчину с кольцом запросто может переплюнуть шустрая десятилетняя девочка. Случайно заглянув в мой кабинет и устроив мне допрос с пристрастием, она сделала мне предложение, которое повергло меня в шок!!!
«Будьте моей мамой!» — неожиданно выдала она.
— Я думал, ты хочешь спать. Собирался уже тебе уступить и отвезти домой.
— Мирон, — с укором шепчу я.
— Шучу, Лиза. Я больше не буду над тобой издеваться, — заверяет меня он, накрыв своими губами мои губы.
Руки сами оказываются на его широких плечах. Плавно скользят по шуршащей материи экипировки.
Мирон целует меня так, будто изучает. Словно спрашивает, чего я хочу, и я отвечаю ему осторожными ласками губ. Поцелуй выходит нежным и неторопливым. Последний его аккорд и вовсе остается за мной. А когда я открываю глаза, понимаю, что Потемкин наблюдал за моими последними ласками.
Нахлынивает желание поворчать, но он подносит руку к моему лицу и легонько касается подбородка, чуть приподнимая его. Наверное, Мирон делает это для того, чтобы лучше рассмотреть глубину моих глаз.
— В тебе проснулись инстинкты, детка, — с положительной оценкой в голосе констатирует он.
— Мне кажется, попав сюда, я забыла все, что было раньше, что произошло за стенами этой хижины, — честно признаюсь я.
Такое ощущение, что, пока я смотрю в глаза лазурного оттенка, я не могу позволить себе и капли безобидной лжи.
— На это и был расчет, — доверительно шепчет Мирон, обнимая ладонями мое лицо. Затем притягивает меня к себе и снова целует.
На этот раз он полностью завладевает инициативой, и мне приходится подчиниться. Теплые ладони удерживают мою голову, и я не смогу отстраниться при всем своем желании. Натиск и страстность ласк обезоруживают меня. Я просто стараюсь расслабиться и получить удовольствие. Борода и усы ощутимо колются. Грубые волоски так и царапают кожу, но это меня лишь распаляет. В какой-то момент решаю зеркалить нежности Мирона, и он это замечает и отстраняется.
— Хитрюга, — его блестящие задором глаза блуждают по моему лицу.
Он на миг крепко прижимает меня к себе и тут же отпускает, позволяя сесть с собою рядом на скамейку.
— Давай поужинаем, Лиза. — Потемкин вовремя замечает официантов, несущих нам заказ. — Я сегодня толком не ел из-за…
— Я знаю, из-за чего ты не ел. Точнее почему, — мы переглядываемся и, кажется, действительно понимаем о чем, то есть о ком идет речь.
— Знала бы ты, что случилось на самом деле, — с таинственной грустью и тоской произносит Мирон.
— Я не собираюсь тебе устраивать допрос, — слегка подтягиваю плечи вверх, — захочешь, сам расскажешь. Поужинаем и ляжем спать.
Глаза мои на мгновение округляются.
Что я только что сказала?
— Тут такое дело, Мирон, — я слегка морщусь, прежде чем признаться, — я не любитель проводить ночи без сна и возвращаться домой только утром. Отужинав, мы же не поедем обратно домой?
Мои наивные опасения вызывают у спутника улыбку.
— Нет, мы не поедем обратно, Лиза, — в присутствии официантов, Мирон ведет себя скромнее. Дождавшись, пока они сервируют стол, подадут ужин и вновь оставят нас одних, он продолжил: — Я выкупил в хижине комнату. Она только моя. Порой я часто оставался здесь на ночь. Иногда даже на несколько дней, когда хотелось отвлечься от суеты. Город — это не совсем мое.
— Поэтому ты живешь за городом, — прихожу к выводу я и рассматриваю блюда. — Мирон!
— Что?
— Ты точно уверен, что все это съешь?
Он отвечает мне переливчатым смехом.
— Ешь! Так мясо даже Дарья Филипповна не приготовит! — с безобидной усмешкой делиться он. — Это настоящая дичь. Роберт не просто лесник, он еще и прекрасный охотник. Все, что подается в хижине — это дичь, добытая на охоте либо им, либо друзьями-охотниками. У них свой бизнес. Отлаженные поставки из других регионов.
— Ясно, — киваю.
— Кстати, я предупредил друзей, что ближайшую охоту в Карелии пропущу, но я подал заявку на следующую вылазку, — Потемкин лукаво улыбается. — И тебя я возьму с собой.
Спорить с ним сейчас бесполезно.
— Зачем тебе меня тащить на настоящую мужскую охоту? В лесные дебри? Что я там должна понять, находясь в окружении беспощадных лесных мошек? — со спокойной и здравомыслящей интонацией интересуюсь я.
— Уже был опыт, — не спрашивает, а больше утверждает Мирон.
— Ну как сказать, — вскидываю брови, — сходила один раз с курсом в поход. После чего зареклась не совать свой нос в лесные чащи.
Горько усмехаюсь я.
— Все равно, поедешь, — по-мужски настаивает он.
«Я заставлю тебя передумать», — размышляю я, миролюбиво улыбаясь в ответ.
Как я не отказывалась, однако поужинала плотно.
— Это мой самый поздний ужин, — не могу сдержать улыбку. — Спасибо, — смотрю в глаза лазурного оттенка, смущаюсь и выхожу из-за стола.