Рубикон Теодора Рузвельта
- Автор: Спивак Леонид
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-251-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Рубикон Теодора Рузвельта». Краткое содержание книги:
Теодор Рузвельт говорил, что, родись Витте в США, он непременно стал бы американским президентом. Жесткий прагматик Рузвельт вряд ли отдавал дань обычным дипломатическим сантиментам. При Витте протяженность железных дорог в России удвоилась, промышленное производство утроилось, а введенный им золотой рубль стал первой в истории русской конвертируемой валютой. Витте вывел Россию из позорно проигранной войны с «сохранением лица» и из революции 1905 года, дав ей впервые за много веков конституционные основы и Государственную Думу.
Российский истеблишмент отплатил «графу Полусахалинскому» в лучшем случае неприязнью. Черносотенная пресса называла его реформаторский курс «Виттовой пляской». Согласно сведениям, приводимым в дневнике генерала Н. П. Линевича, мнение о причастности Витте к «еврейскому заговору» против России «переходило из уст в уста, все гостиные этими слухами были наполнены…»
Отставку Витте в 1906 году встретили при дворе с радостью. До конца своих дней он находился под секретным наблюдением полиции, а вся его переписка перлюстрировалась. Узнав в марте 1915 года о смерти отставного премьера, Николай II не выразил даже формального сочувствия жене покойного. В присутствии многих высоких чинов он заявил французскому послу Морису Палеологу: «Смерть графа Витте была для меня глубоким облегчением. Я увидел в ней также знак Божий».
Тело опального политика еще не остыло, а уже шел обыск его кабинета. Искали дневники Витте, о которых ходили разные слухи, но нашли лишь перечень глав будущих мемуаров: «Как была принята Конституция 1905 года», «Как Серафим Саровский стал святым» и так далее. Самодержец пришел в негодование. В Париж в тот же день полетела шифрованная телеграмма Департамента полиции с приказом обыскать виллу Витте в Биаррице. Однако мемуары графа были вне досягаемости: автор положил их в сейф провинциального французского банка на чужое имя.
Бывший российский премьер без обиняков написал о столь любимом Николаем «Союзе русского народа»: «Партия эта, находясь под крылами двуглавого орла, ничего, кроме отрицательного, создать не может. Она представляет собой дикий, нигилистический патриотизм, питаемый ложью, клеветой и обманом… состоит из темной, дикой массы, вожаков — политических негодяев… Это дегенераты дворянства, взлелеянные подачками (хотя и миллионными) от царских столов. И бедный государь мечтает, опираясь на эту партию, восстановить величие России».
Непосредственно в здании столичного Департамента полиции на Фонтанке, в так называемой «пробковой комнате», под началом известного провокатора П. Рачковского был создан тайный отдел «пропаганды», где печатались листовки с призывами к еврейским погромам. Когда председатель Совета министров Витте доложил об этом Николаю II, то оказалось, что царю все известно. По мнению Витте, черная сотня сыграла «громадную роль в революции и анархии… так как в душе она пользовалась полной симпатией государя, а в особенности несчастной для России императрицы».
Настрой «Хозяина земли Русской» в значительной степени характеризует одно из его писем матери, которой царь доверял самые сокровенные чувства. «Но не одним жидам пришлось плохо, — с удовлетворением сообщал Николай о кровавых погромах в Томске, Симферополе, Твери и Одессе в октябре 1905 года, — досталось и русским агитаторам: инженерам, адвокатам и всяким другим скверным людям». На секретном докладе столичного генерал-губернатора Трепова о работе подпольной типографии черносотенных прокламаций сохранилась виза императора: «Выдать 75 тысяч рублей Рачковскому за успешное использование общественных сил».
Последнюю попытку смягчить «особенности» российского законодательства предпринял П. А. Столыпин в октябре 1906 года. Новый премьер имел смелость представить царю на подпись проект «закона о еврейском равноправии». Министр финансов В. Коковцов вспоминал, как в правительстве обсуждался этот документ: «Столыпин просил всех нас высказываться откровенно, не считаем ли мы своевременным поставить на очередь вопрос об отмене в законодательном порядке некоторых едва ли не излишних ограничений в отношении евреев, которые особенно раздражают еврейское население России, не внося никакой реальной пользы для русского населения…»
Американское посольство в Петербурге
Надо отдать должное кабинету Столыпина: даже самые консервативные из министров поддержали инициативу премьера, хотя не могли не догадываться, что этот шаг императору явно не понравится.