Инсомния-2

Он хлопнул в ладоши, распространяя очередную волну холода, замораживающую все вокруг. Скорей всего лед — его специализация, раз он использует его даже во сне. У меня за дверьми не было ничего, чтобы растопить эту стихию, но можно попробовать создать огонь самостоятельно.

Не выйдет, вряд ли мне хватит концентрации, чтобы наснить что-то достаточно мощное для противодействия. А эфира он влил, будь здоров, раз сумел противостоять мне в моем же сне. А я только недавно научился снить сраный бутерброд.

Впрочем, это не важно.

— В следующий раз, — произнес я, — научись стучать, когда приходишь в гости.

И я хлопнул в ладоши. Просто видел, как это делает он и решил попробовать. Получилось почему-то легче. От центра площади в сторону противника пошла волна, разрушающая все на своем пути. Туча песка, камня и ледяной крошки взмыла в воздух.

Но ловец лишь выставил руку, ухмыльнувшись мне. И волна обошла его стороной, разойдясь в стороны.

— Ты мне не ровня, — задрал он подбородок. — Слишком слаб.

— Зато умен, — кивнул я ему за спину.

Стена окончательно рухнула, конструкт затрещал по швам, так что камень начал осыпаться пылью по всему периметру площади. И даже небо над головами пошло трещинами. Ублюдок вновь взмахнул руками, заточив себя в ледяную сферу, за мгновение до того, как его накрыло волной Скверны.

Стен больше не было, теперь кусочек площади находился прямо посреди масштабного боя. Притянутые сюда сны окружали нас со всех сторон. Я увидел одновременно три солнца, четыре луны, горы, холмы, поля, степь и даже одну пустыню. Все находилось вокруг нас, разные сны сплелись вокруг разрушающегося якоря, но через несколько мгновений они вновь разойдутся, когда узлы окончательно развяжутся.

Но проблема моего противника в том, что мы с ним были чужими для всех этих снов. И все они защищались от нас. Практически в то же мгновение, как рухнули стены, в нас полетели стрелы, болты, копья, заклинания и самое вкусное — тяжелые камни, пущенные осадными орудиями.

Волна скверны неслась в мою сторону, омывая ледяную сферу. Я видел испуганное лицо противника с его сраным пенсне, даже сквозь толщу льда.

Очень хотелось помахать ему ручкой или дождаться, как здоровенный обломок скалы, пущенный катапультой, разобьет к чертям его хрупкую скорлупу. Но, к сожалению, мы оба на прицеле, а я так категорически не хочу касаться Скверны.

Поэтому я просто закрыл глаза и открыл их уже наяву. Снова закрыл и прислушался к ощущениям в источнике. Прошло несколько мгновений, прежде чем меня разорвало изнутри болью. Все тело горело, а я бился в судороге, даже не понимая, кто я и где нахожусь. Так вот он какой, откат за разрушенный якорь.

Разрушение конструкта, привязанного к собственной душе, не могло пройти безболезненно. Но я не думал, что все будет настолько плохо. Надеюсь, мой оппонент пробыл там достаточно и успел хлебнуть водички.