Клёст - птица горная
- Автор: Ключников Анатолий
- Серия: Приключения Клеста #3
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Клёст - птица горная». Краткое содержание книги:
Но его профессионализм всё равно заставил его воевать на совесть: ведь в его подчинении оказались люди, вообще воевать не умевшие…
Меня опять накрыло странным ощущением, что я живу чужую жизнь и делаю вовсе не то, что нужно, а то, что приходится. Какие горы, какие «чёрные»?! Меня за этим, что ли, послали?! Я провёл себя пальцами по лицу: я ли это? И что сейчас делать? — опять то, что должен делать бравый десятник?
Я хлопнул Штыря по плечу:
— Спасибо, друг! Ты храбро воевал сегодня. И мужикам не дал разбежаться… Выпить хочешь?
— Вина. Пшеничного. Кружку.
— Ого, кратко и по сути! Давай, пошли к Грачу… Столяр! Остаёшься за главного! Вот вам на всех… — и я вложил в его ладонь пригоршню монет, которые выгреб из кармана. — Палатку поставите во-о-о-о-он там, на другом берегу! Сегодня всё равно движения не будет… Биму и Бому много не давать! Я их знаю: они и ведро вылакают, а нам их сейчас грузить некуда.
Столяр вяло кивнул — очень похоже, что и его приложило не слабо.
— Штырь, давай-ка сначала разыщем наших химиков. Надеюсь, они не родили идею бежать назад в Славоград: за последнее время приняли столько разной дряни, что могут вернуться домой за пару дней. По мне бы век их не видать, но, блин, не хочется попасть в штрафную сотню из-за потери обкуренных идиотов. А столько выкурить, чтобы их догнать, мне здоровья не хватит!
Уголовник загыгыкал. Я впервые видел, как он смеётся, и не думал, что он может смеяться так, как будто тебя встряхивает после каждого исторгнутого смешка. Похоже, его отпустило, и сейчас пошёл сброс нервного напряжения.
— Шмаль у них знатная, — согласился он, успокоившись. — Думаю, что «чёрные» такую тоже принимают. Или даже круче.
И сплюнул вязкую слюну.
— Столяр! Будут нас спрашивать — скажешь, что химиков ищем.
— Так точно… химиков…
Мы со Штырём перешли речку, не снимая сандалий, и пошли по единственным пока мокрым следам на том берегу. По счастью, нашим подопечным далеко убежать не довелось, поскольку тот берег кишел нашими легионерами, которые их быстро схватили и повязали как трусов.
Центурион, чья сотня изловила искомых нами бедолаг, страдал от тяжести выбора, мучившей его похуже иного похмелья: то ли передать их полевому суду, то ли сразу сжечь живьём, поскольку деревьев, подходящих для виселицы, поблизости не наблюдалось. Мои клятвенные поручительства, что в их руки совершенно случайно попали видные научные деятели славной Божегории, которым не пристало ходить в рукопашные атаки, а полагалось только возлежать на ковровых подстилках, покуривая благовонные кальяны в глубоких мыслях о развитии отечественной науки, и плюс к этому одна, последняя, золотая монета, выковырянная из загашника доспеха, сломили слабое сердце грубого вояки: он отдал их нам. Хотя сначала почему-то долго не доверял моему прямодушному честному взгляду вкупе с небритой харей Штыря, красовавшейся на шее, украшенной виртуозной татуировкой в виде голой русалки, которую перевил змей с похабной улыбкой на два кинжальных зуба.
Напоследок Центурион почему-то не удержался и отвесил знатного пенделя одному из переданных ценных представителей науки, да такой, что тот пробежал несколько шагов и растянулся на песке, рассыпав из карманов какие-то травянистые пыльные остатки. Но, похоже, учёные люди совершенно не расстроились из-за того, что попали в мои грубые руки, и кидались мне на шею как дети на любимую мамку, со слезами умильной радости от долгой разлуки.
Дошли
«Я с этой войной совсем сопьюсь нахрен», — подумал я, очнувшись в ставшей родной вонючей палатке, когда протрубили утренний подъём.
Как я в ней оказался — не помню. Помню только подколки Штыря, что я совершенно не умею пить пшеничное вино, и весёлую ухмылку Грача. Вот нашёл себе друзей в стране далёкой на свою бедовую голову… интересно, если я с ними завалюсь к себе домой, то что жена сказала бы с точки зрения учёного человека? «Сам алкаш, и сброд собрал такой же?»
Болит башка или нет, а идти надо. Для четверых наших подопечных дали две телеги, выложенные остатками войлока, снятыми с разбитого фургона. Не ахти что, но для нас, топающих пешком, даже это казалосьнеслыханной, недоступной роскошью. Пока мы где-то бухали, Кашевар накормил несколько десятков человек кониной со специями, которые заказывал ещё тогда, когда мы стояли лагерем возле Славограда: и варёной, и запечённой. (Да, из-за нападения врагов погибло несколько лошадок.) Бим и Бом так набили животы, что вообще еле тащились, словнопьянствовали не меньше нашего. Если приходила халява, то «близнецы» хапали её обеими руками, рассуждая очень просто: что будет завтра — только боги знают, поэтому немедленно бери сегодня то, что дают, и побольше. Воистину образцовые солдаты с такой точки зрения.