К истокам Нила

Сегодня тайны легендарных Лунных гор разгаданы — но все же своеобразный мир ледников у самого экватора с его фантастическими, чудесными растениями остается мечтой всякого альпиниста и ботаника. Альпинистский клуб Уганды располагает несколькими живописными хижинами и приютами в горах для устройства бивака: в них можно попасть через долины Мобуку и Буюку, и это облегчает восхождение на вершины Рувензори (например, хижина Ньямилею находится на высоте 3250 метров; хижина Буюку — 3920 метров; хижина Китандра — 4000 метров). Несмотря на это, однако, на «аудиенцию у повелителя облаков» требуется не менее двух педель, и путешествие это по-прежнему серьезное, которое необходимо как следует подготовить.

Последняя экспедиция Стэнли дала кроме сенсационного открытия Рувензори также доказательство существования еще одного крупного озера. Стэнли назвал это озеро Альберт-Эдуард— 16 июня 1889 года он увидел его предпоследним в цепи крупных центральноафриканских озер. Но ведь Стэнли видел это озеро еще 14 лет назад: когда он отправился с отрядом из 2100 воинов-ганда вдоль реки Катонга в сторону озера Альберт. Открывшуюся его взору водную поверхность глубокого синего цвета он назвал тогда заливом Беатрис, поскольку считал, что перед ним — залив озера Альберт, которое, по данным Бейкера, было гораздо больше своих действительных размеров. Позже царь Кабрега (Кабарега), властелин граничащего с этим озером царства Буньоро, заявил, что так называемый залив Беатрис относится к другому озеру. Из всех предположений, сделанных в последующие годы географами, правильным оказалось заключение Кирхгофа: большое количество воды, выходящей из озера Альберт, доказывает его связь с новым озером (конджо называли его Лверу или Дверу). Поход Стэнли в 1889 году вверх по реке Семлики к берегам озера Эдуард подтвердил это. Правда, зеркало озера с тех пор еще больше опустилось, и теперь залив этого озера, Беатрис, стал самостоятельным озером Джордж (площадью 295 квадратных километров), которое соединялось с озером Эдуард через протоку Казинга.

В бухте на северной стороне озера Эдуард, рядом с двумя солеными озерами, находился городок Катве, населенный народом расура, вождь которого, Рукара, бежал при вести о приближении чужеземцев. Жители Катве (их было около 2000 человек) добывали себе средства к существованию тем, что добывали в озере и продавали окрестным пародам соль — они переправляли се в самые дальние уголки озера на легких, «сделанных из коры и сшитых лыком лодках» (как ужо говорилось, даже пигмеи ака этой солью платили дань своим покорителям — мангбету). Стэнли писал: «Из Макары, Уконжу, Упьямпака, Агокорн и Руанды приходят целые флотилии челноков с зерном для обмена на соль. Сухопутные караваны появляются из восточной Уконжу, северной Усонгора, из Торо и Ухайяаны и меняют на соль свое просо, рогожи, лубяные ткани, бобы, горох, туллабун (элевзина), купжут, сезам, железные изделия, оружие и проч, и проч. Обитатели островов, рассеянных по озеру Альберт-Эдуард, нагружают свои мелкие суда солью и сушеной рыбой и находят выгодным сбывать этот товар у западных берегов на местные продукты»[109].

«Я сошел… на песчаный темный берег соляного озера Катуэ и очутился в таком месте, где грудами навалены соляные глыбы. (…] Вкусом вода напоминает самый крепкий рассол. Там, где в песке вырыты ямы и в них пропущена озерная вода, испаряющаяся из них под действием солнца, в ямах осаждаются толстые слои соли, твердой, как камень, и с виду похожей на грубый кварц»[110].

Лучший сорт соли — кристаллы розоватого цвета. Впрочем ее выламывали и прямо из покрывавшей почву соляной корки.

Обладать такими месторождениями соли означало не только сильно выигрывать в коммерческом отношении, но и оказывать политическое влияние на окрестные племена, нуждавшиеся в соли. Так было и в случае с Катуэ. В те времена это месторождение принадлежало Кабреге. Ему же принадлежало и второе, еще более богатое месторождение соли в уже упоминавшемся Кибиро, на восточном берегу озера Альберт.

Однако вскоре после того как англичане заключили договор с царем Мвангой, правителем Буганды, они прогнали подданных Кабреги из Катве и поставили здесь сторожевой пост — так называемый Форт-Джордж, представлявший собой лишь несколько бедных хижин и частокол вокруг соляной ямы. Впоследствии при определении границ вновь возникли трения из-за того, кто будет обладать Катве — теперь уже между европейскими «защитниками» негров. Вначале границей считалась 30-я долгота, а значит, Катве принадлежало государству Конго[111], поэтому британское колониальное управление указало на «серьезные ошибки в измерениях на местности» и ловко передвинуло вышеозначенный градус долготы к западу от Катве, которое благодаря этой операции опять стало принадлежать Англии. Однако у бельгийцев возникли вполне оправданные сомнения в справедливости этого утверждения, и вот в 1907–1908 годах вновь были проведены измерения на местности. Монополия на торговлю солью принадлежала тогда султану Торо Касакаме, однако вопрос стоял о том, чтобы «передать Катве, после окончательного определения его национальной принадлежности, в более умелые руки» — а именно, в руки английских колонизаторов.