Натали Палей. Супермодель из дома Романовых [litres]

Больше года удрученный Кокто превращал эту неудачу в личную драму; никто из друзей не избежал театрального рассказа об их любви. Потом, наконец, он решил пройти новый курс детоксикации. Он так и не смог забыть княжну, и в его произведениях часто можно встретить ее образ, например в «Адской машине» в персонажах Иокасты и сфинкса. Он посвятил ей огромное количество стихов, среди которых «В поисках Аполлона» и «Der Egoist», и назвал Натали своей героиней из «Вечного возвращения», белокурой ледяной Изольдой, которую в совершенстве сыграла Мадлен Солонь. И как забыть о том, что в «Орфее» Смерть называют Принцессой? Наконец, очень личная версия их страсти – в его романе «Конец Потомака». За каждым персонажем скрывался реальный человек. Сам Кокто стал Птицеловом, Мари-Лор де Ноай – виконтессой Медузой, Люсьен Лелонг – принцем Финансов, Бебе Берар – художником Бородой, а Натали – принцессой Фафнер, по имени великанши из скандинавской мифологии. Она уже больше не была Романовой, спасавшейся в изгнании от большевистской революции, но еврейской аристократкой, бежавшей от гитлеровского рейха. Кокто создал портрет Натали с жестокостью и восхищением. «Душа принцессы Фафнер возвышенна. Но она была кокеткой. Ей понравилось, когда Борода нарисовал ее в плаще победительницы на горе трупов»[196].