Гончие Артаксеркса

Многие их этих слухов были пущены самим Маржиком, многие подсказаны были простым рыбакам, посещавшим трактир Скусы. Фракиец любил пообщаться с простым людом, будучи сам из небогатого горного селения, он знал, как словами растрогать сердца простых людей, насколько они суеверны, завистливы, и злы на язык, и что стоит им подкинуть грязный слушок, сами его разовьют и раскрасят так, как аристократу и не домыслить.

И как спаситель от сил зла, захватывающих город, на бой вышел… их Лешай. Маржик, естественно, одним из первых был среди горожан-зрителей, объяснял действия, подбадривал. Все собрались рядом с городскими воротами, у стены.

Лешай вышел перед горожанами, собранный, сосредоточенный, облачённый в тёмное облегающее одеяние охотника на даэвов. На руках сидели тёмные удобные перчатки, он потёр руки и посмотрел на горожан своими бледными глазами, в которых было столько любви и доброты, и тоски, сколько бывает разве что у верного пса в ожидании хозяина. Чистый, и искренний взгляд худого мужчины не мог оставить равнодушным никого.

Скуса, как всегда, ассистировал другу, не мог же он оставить своего Лешая на растерзание толпы. Прихватив лёгкое тело борца с даэвами подмышки, фракиец создал ему надёжную опору. Лешай быстро перебирая ногами по стене, кувыркнулся и оказался на плечах у Скусы. Калос, конечно же, по стене бы и без чьей либо помощи поднялся, это он лазил как муха. Лешаю этого не было дано.

С плеч фракийца гораздо удобнее было оказаться на воротах. Мужчина легко преодолел это расстояние. Оказавшись между зубьями, он присел, словно чего-то выжидая, к чему-то прислушиваясь. Нижнюю часть лица завязал чёрной тряпицей, что бы зловредные даэвы не смогли попасть в рот и в нос. С этих злобных сущностей всего можно ожидать, любой пакости. В отличие от других членов семьи, Лешай искренне верил пророку Заратустре и всему его учению, верил в постоянную битву Добра со Злом. И считал себя её участником, и вот сейчас он должен показать одну из таких битв зрителям.