Джими Хендрикс. Предательство
- Автор: Лоуренс Шэрон
- Год: 2006
- Язык: русский
- Год: It Books
- ISBN: 9780060563011
- Переводчик: Александр Виноградов
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Джими Хендрикс. Предательство». Краткое содержание книги:
Резонируя с непосредственным присутствием и с собственными словами Хендрикса, эта книга - это яркая история молодого темнокожего мужчины, который преодолел свое бедное происхождение и расовую сегрегацию шестидесятых и превратил себя во что-то редкое и особенное.
Шэрон Лоуренс была высоко ценимым другом в течение последних трех лет жизни Хендрикса - человеком, которому он достаточно доверял, чтобы быть открытым. Основанная на их обширных беседах, большинство из которых никогда ранее не публиковались, эта яркая биография позволяет нам увидеть жизнь Джими его собственными глазами, когда он описывает свое суровое детство, его раннюю борьбу за то, чтобы стать музыкантом, и его радость от признания сначала в Британии, а затем в Америке. Он говорит о своей любви к музыке, своем разочаровании в индустрии звукозаписи и своем отчаянии по поводу юридических проблем, которые преследуют его.
Включая основные сведения из более чем пятидесяти свежих источников, которые ранее не цитировались, эта книга также является показательным расследованием событий, связанных с трагически ранней смертью Джими и тем, что произошло с его наследием в последующие тридцать пять лет.
«Я могу представить себе день, когда все материальное будет извлечено из меня, и тогда тем сильнее будет моя душа.» — Jimi Hendrix, лето 1969.
«Неопровержимое, противоречивое чтение» — Mojo
«Отлично читающийся, это увлекательный рассказ о человеке с волшебными пальцами ... который заслужил гораздо больше от жизни.» — Sunday Express
«Лоуренс стремится исправить ситуацию и восстановить истинное наследие Хендрикса .... Исправляя ложь и сохраняя факты, книга Лоуренс становится необходимым дополнением к библиографии Хендрикса.» — Chicago Tiribune
«Лоуренс ... дает представление инсайдера о конце шестидесятых и начале семидесятых. Лучшее это непосредственные воспоминания Хендрикса ... которые раскрывают человеческую сторону музыкального Мессии.» — Library Journal
«Душераздирающая история .. новаторская работа» — Montreal Gazette
«Тесные связи Лоуренс с музыкантом и ее хорошо написанное повествование делают эту книгу желанным дополнением к канонам Хендрикса.» — Publishers Weekly
Так, постепенно, он подготовлял свой отход от Джими и Джеффери. Я почувствовала, что в тайне Час надеялся, что Джими будет его просить остаться.
Теперь, проводя много времени в Нью–Йорке, Майк забросил свои тупые английские наряды. Короткие куртки и свободные рубашки постепенно вытеснили "серьёзного бизнесмена". Он не снимал модных солнцезащитных очков и стал регулярно принимать LSD; Час Чандлер такого никак от него не ожидал, и это стало сильно его беспокоить.
— В один прекрасный день кислота их сблизит совсем, — высказал он мне своё мнение об отношениях между Джими и Джеффери.
На следующий день, хотя внешне это было незаметно, Джими был от него вне себя, потому что Майк имел второй смысл избегать плохих сцен с Хендриксом.”
Час рассказал мне, что Опыты поселились на несколько недель в одном современном особняке на Бенедикт–Каньон–Роуд — территории Беверли–Хиллз, занимаемой кинозвёздами. Он сказал, что дом этот — настоящий зверинец, поэтому Лотта отказалась там жить.
— Опасная дорога вьётся серпантином всё вверх и вверх, и каких только людей мы не встречали на своём пути!
Слово "люди" он произнёс с отвращением. Я выразила своё удивление по поводу того, что звукозаписывающая компания сняла целый особняк под эту вечеринку, длящуюся круглыми сутками. Ну ладно, ясно, это — рок–н–ролл, или я не права?
— Я очень хочу, чтобы ты позвонила Джими, — сказал он, — и вы бы пообедали вместе.
Я не вполне была уверена, что это была хорошая мысль, но он заморгал и добавил:
— Ты могла бы повлиять на него. Ты ему нравишься.
— У меня слишком плотный график. Сомневаюсь, что я смогу туда выбраться, особенно если учесть, что у музыкантов часы другие, — ответила я. — Но я обещаю позвонить Джими завтра или через день, раз ты думаешь, что это поможет.
Он чиркнул номер на салфетке.
Ноэл сводит меня с ума
С июля я не разговаривала с Джими и меня удивило, что он сам подошёл к телефону. Я представила этот дорогой особняк в каньонах Беверли–Хиллз, дворецких, прислугу. Из трубки доносилась музыка, чей–то смех и визг.
— Подожди, я только перейду к другому телефону, хорошо? — сказал Джими.
Прошло несколько минут.
— Привет, я рад, что ты позвонила. Я слышал, ты побывала в Лондоне.
— А я слышала, ты поселился в Беверли–Хиллз и хорошо там проводишь время! — не удержалась съязвить я.
— Это так заманчиво прозвучало, когда Час сообщил нам, что мы будем жить не в гостинице, а в настоящем доме, — сказал Джими. — Но теперь слишком много разных личностей узнало, куда нас поселили.
И он рассказал мне, что его удивило моё отсутствие на концерте в Чаше. Я оправдалась моей занятостью и свалила всё на босса, и поздравила его с хорошей группой.
— Ноэл сводит меня с ума.
Я подумала, что ослышалась.
В трубке послышалось его бормотание:
— Он возомнил себя английским гитаристом.
Затем, скороговоркой:
— Я не это имел в виду. Я не хотел бы никого затмевать.
Затмевать? Забавно, помнится, он уже говорил это слово мне ранее в этом же году. Во всех группах есть лидер. Лидеру достаётся всё внимание. Теперь Хендрикс бог рок–музыки. Этого ли он хотел, об этом ли он мечтал? Некоторое время я близко знала Ноэла. Он — удивительный человек и хороший гитарист. Больше я ничего про него не знала. Ещё он был большим ревнивцем. А может быть, Хендрикс всё преувеличивает? Но в голосе Джими слышалось напряжение.
— В группах всегда возникают разные проблемы, — попыталась я успокоить его, — но они рано или поздно решаются, не так ли? Думаю, славе всегда сопутствует что–то, по крайней мере, такое мне часто приходилось видеть в Голливуде.
— Слишком много этого чего–то стало сопутствовать нам! — с горечью в голосе перефразировал он мои слова.
А его никто не спросил даже, голоден ли он или не устал ли
Час рассказал мне, что одной из причин, почему группа остановилась в модной среди богатых сельской местности, какой является Бенедикт–Каньон, было то, что радио и пресса могли бы навестить их и стать друзьями Опытам "на дому".
Один мой приятель, ведущий рок–критик Западного Побережья, получил приглашение на обед. Позвонив мне на следующее утро, он, сгорая от стыда, признался мне:
— Знаешь, Шарон, я под впечатлением! Джими, Ноэл и Мич — сама гостеприимность. Я был поражён ещё больше, когда меня посадили прямо напротив Хендрикса. У меня затряслись колени, я весь покрылся испариной и мой голос перестал слушаться меня. Я вёл себя, как последний дурак.