Опасная седина монет

Все осложнялось. Одно хорошо: доказательства на Дусева собраны. Дополнительно от Вани Кота получил некоторую информацию о монетах. Неполную, но все-таки приоткрывшую занавес. Кот сообщил, что Папу крупно прокатили с какой-то коллекцией. Ваня не был в курсе, с какой, где и как, — об этом знал ограниченный круг. Слышал лишь кое-что краем уха, поскольку Папа прищемил всем языки.

После этого Акламин, сомневаясь, что Кот рассказал все, решил встретиться с Лешим, надеясь, что тот внесет больше ясности. Условным сигналом попытался назначить встречу, но Леший на нее не явился — потерялся вместе с Дусевым. Аристарх проверил тайник с условным сигналом. Его записка лежала на месте. Стало быть, Леший не видел ее. Выходило, что Дусев зарылся основательно и водителя держал возле себя.

Вскоре удалось выяснить, что Папа никуда из города не выезжал. Получалось, что-то цепко держало его тут. И Аристарх предположил, что это монеты.

Когда обо всем этом Глеб услыхал от Акламина, он поручил Исаю усилить охрану Ольги и попытаться хоть что-то выудить в городе о месте нахождения Дусева. Исай начал работать.

Вскоре поздним вечером он ехал по проспекту Ленина. По сторонам проспекта горели фонари, в две стороны двигался транспорт с зажженными фарами. Количество машин было втрое меньше, чем днем, катили быстро под шелест шин. Исай в крайнем правом ряду ехал медленно, притормаживал, поглядывая вдоль обочин.

Тротуары жили вечерней жизнью. Люди шли по ним кто неспешно, кто торопливо, кто молчаливо, кто с шумом сбивался в кучки, погружаясь в разговоры.

Уже не работали магазины, закончили работу фирмы. Светились окна жилых домов. Все было как всегда. Пройдет еще какое-то время, и тротуары начнут пустеть, люди — рассасываться в разные стороны к своим жилищам.

Поглядывая сквозь стекла, Исай надеялся наткнуться взглядом на придорожных вечерних бабочек. Хотел поговорить с ними. Им зачастую из первых рук известно, что происходит в криминальной жизни города. Наверняка могли знать что-нибудь о Папе.

Увидел одинокую фигуру — худенькую, стройную в топе, короткой юбке, огромном белом парике и с дамской сумочкой. Ему показалось, что он уже видел эту фигуру раньше. Притормозил у обочины, остановился, открыл дверь, бросил:

— Садись!

Не спрашивая ни о чем, девушка юркнула в салон авто. Исай нажал на педаль газа. Девушка повернула к нему симпатичную улыбчивую мордашку с длинными ресницами, раскрыла рот, чтобы начать разговор, да так и замерла от удивления, наткнувшись на узкое лицо с впалыми щеками и колкими холодными глазами. Она узнала Исая. Тот тоже узнал ее. Это была Вика-Валентина. Она рванулась к ручке двери. Но Исай схватил ее и нажал кнопку центрального замка. Уцепившись за ручку двери, девушка стала дергать. А когда поняла, что все бесполезно, крикнула:

— Открой дверь, скотина! Я выйду!

Не отвечая, Исай продолжал ехать, ожидая, когда она выплеснет весь яд и будет способна нормально соображать. Ехать пришлось долго, пока не остыл ее пыл. Она билась в истерике, стучала кулачками по панели авто, долбила локтем дверь, колотила по плечу его, обзывала, просила, угрожала, визжала до хрипоты. И когда убедилась, что все бесполезно, стянула с головы огромный парик, бросила на заднее сиденье, туда же положила дамскую сумочку, пригладила ладонями свои волосы, спокойно спросила: