Ведун

— Точно, Глист, глазастый ты, — подтвердил Дылда и с нескрываемой ненавистью посмотрел на меня. — Я тогда тоже видал как возок проезжает по тому берегу, тока сразу не признал барчука.

Ну-ну, теперь против меня играет классовая ненависть. Ну как же, этот на возке катается в костюмчике дорогущем, а мы во всяком рванье ходим, да еще с плеча старшего брата или бати. Нет, теперь уж точно не разминуться нам краями. Впрочем, есть еще один вариант.

— Так прям всем гуртом учить станете? Впятером на одного? — сказал с таким презрением, что в ближайшей луже на дороге едва не замерзла вода. Ну мне так показалось, что она вот-вот превратится в лёд.

— Дык, впятером сподручнее, — не поддался на мою провокацию лидер стаи.

Понятно, краями не разойтись, на честный поединок рассчитывать не приходится.

Точный удар кулаком в лицо близстоящего парнишки, которого атаман назвал Глистом, не отправил его в нокаут, но прилично так разбил нос и губы. По собственному опыту знаю, больно и кровь должна потечь очень скоро. Не успел пострадавший поднести ладони к лицу, я проскочил мимо него и, аки птиц небесный помчался к спасительным мосткам через реку. Там узко, скопом не навалятся, а поодиночке, как-нибудь отобьюсь. Малолетние селяне с грозными криками «Ату его!» устремились за мной в погоню. Добежать до намеченной цели не успел, один шустрик вырвался вперед, за что огреб ногой по гениталиям. Сам нарвался, я даже и не бил толком, лишь ногу подставил. Ясное дело, испытав чудовищную боль в паху, преследователь присел на корточки и, обхватив ушибленное место, заголосил на всю Ивановскую. Я же, сделав подлое дело, снова рванул к лавам. На трети моста обернулся лицом к притормозившим преследователям и показал им «отруби по локоть».

— Ну что, салажня, съели?! Кто следующий, подходи по одному!

Вряд ли они поняли смысл морского термина, коим опытные моряки называют молодое пополнение, однако интуитивно сообразили, что, обозвав непонятным словом, я их отнюдь не похвалил. Окрысились, чего я, собственно, и добивался, ибо моя победа должна стать убедительной, даже сокрушительной, чтобы впредь крепко подумали, с кем можно вступать в конфликт, а с кого стоит и поостеречься.

Следующим на «кукан» попал Дылда. Как лидер группы он понесся на меня первым. Тут уж я постарался. Отошел в бок, ловко подставил четко рассчитанную подножку. В результате более тяжелое и неповоротливое тело получило ускорение в сторону перилл. Дальше, было совсем уж просто, когда противник оказался лицом к перилам, а ко мне задом, я схватил его за ноги и, поднатужившись отправил в воду. Видя столь удивительную прыть со стороны мелкого пацана, двое оставшихся преследователей предусмотрительно отступили и, по всей видимости, уже не собирались учить чужака уму-разуму.

Ну что же, кажется я добился желаемого паритета в противостоянии с местной гопотой, а большего мне и не надо.

Посмотрел вниз, и увидел Дылду, тело которого уносило от лав довольно бурным течением. При этом признаков жизни парень не подавал. После падения с моста, он, похоже, здорово приложился башкой о неглубокое дно. Слава богу, оно оказалось песчаным, но при ударе сознания заводила местных малолетних хулиганов все-таки лишился. Теперь Дылду неумолимо тащило на глубину, где он гарантированно утонет.