Cудьба [litres]

Наша история получила продолжение во время демонстрации в апреле 1975 года. Во время политических дебатов на Общем чрезвычайном собрании студентов необходимо было назначить нескольких спикеров, которые вступят в дискуссию, чтобы подогреть жар дебатов, если вдруг добровольные прения прервутся. Я думал, что было бы хорошо, если бы дебаты завершила какая-нибудь студентка. Пока мы ждали открытия Общего собрания, я внимательно следил, кого из студенток можно было бы назначить спикером, и тут как раз на площадь пришла Чонсук. Она была вместе с представительницей студенческого комитета своего факультета. Чонсук сказала, что они хорошие подруги. Я попросил одну из них сказать завершающую речь на дебатах и добавил, что нет разницы, кто из них выступит. В итоге речь произносила однокурсница моей будущей супруги. В конце выступления в завершение сказанного она выкрикнула: «Вперед!» Этим она закрыла Чрезвычайное общее собрание студентов и присоединилась к маршу. За участие в дебатах ее потом задержала полиция, а университет временно отстранил от занятий.

Когда после Общего чрезвычайного собрания студентов мы двинулись к университетским воротам, я упал в обморок от газового залпа полицейских фургонов. И пришел в себя, почувствовав, как кто-то обтирает мое лицо мокрым полотенцем. Когда я поднял глаза, то увидел, что это была Чонсук. Казалось, она переживала и наблюдала за мной, когда я шел во главе демонстрационного марша.

А потом она пришла на свидание в тюрьму. Это было неожиданно. Она сказала, что, когда услышала про мой арест, очень разволновалась, поэтому и пришла. В течение всего нашего свидания она прятала под одеждой сложенную газету. Чонсук принесла ее, чтобы показать мне. В спортивной газете на первой полосе красовалась статья о победе родного университета Кёнхи в национальном университетском первенстве по бейсболу. В то время бейсбол был на пике популярности среди молодежи. Так как тогда я учился в университете, где бейсбол считался визитной карточкой, то, конечно, тоже очень интересовался этим видом спорта. Во время «Дня юрфака», на котором мы познакомились с Чонсук, я выступал капитаном команды от нашего курса и мы даже выиграли бейсбольный матч в факультетском соревновании. Чонсук запомнила это и принесла новости, которые могли меня обрадовать. Как бы я ни любил бейсбол, разве мог я интересоваться им, сидя под арестом в следственном изоляторе? Однако то, что Чонсук пришла в голову такая мысль, показалось мне очень милым. Когда я позже подумал об этом, сидя в тюремной камере, то невольно улыбнулся.