Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

И она не могла меня изображать, особенно у подъезда собственного дома! Да и Стефан не дебил: если бы он все это слышал исключительно от неё…

— Дебил! — категорически возразила Агатка и ловко выстрелила пробкой. Я автоматически подсунула ей фужеры. — В некоторых житейских ситуациях глупеет всякий мужчина, а интеллект тут вообще ни при чем, потому что у мужика бродит гормон, и не в голове, а совсем в другом месте.

Если перед его носом каждый божий день какая-нибудь нимфа крутит своей очаровательной задницей, смотрит на него собачьими глазами, елей расточает…

— Стефан никогда на женщин-"вамп" не западал!

— Так она вовсе не вамп, а покорная жрица.

Ну ладно, за твоё здоровье! Дай тебе бог вторую счастливую молодость!

— И за твоё здоровье тоже…

Шампанское оказалось замечательным, с удивительным свойством возвращать душевное равновесие. Мы наконец сели за стол, как люди.

— Расскажи, что тебе удалось выяснить, и по порядку, — потребовала я. — Потому что у меня концы с концами не сходятся, а афёра гигантская. Валяй!

За долгие годы нашей дружбы у нас с Агатой накопилось дикое количество общих знакомых.

Агата добралась до всех, прибавив к ним нынешних сослуживцев моего бывшего мужа. Среди них она нашла старого приятеля своего брата, химика, — а, как известно, мой бывший муж подвизается именно в химической отрасли.

— Я помнила, что Юречек собирался учиться на химика. Когда-то вместе с Казиком они устроили в нашей квартире такую вонь, что мама велела, чтобы ноги Юречка не было в нашем доме, — рассказывала Агата. — Не знаю, что они там нахимичили, но воняло потом недели три. Мы ещё в школу ходили, не может быть, чтобы я тебе тогда об этом не говорила!

Действительно, я смутно припомнила какой-то вселенский скандал в доме у Агаты. Она сама потом долгое время жутко воняла непонятной мерзостью, но очень скоро это происшествие выветрилось из наших голов, потому что обе мы переживали драматические события на любовном фронте, куда более важные для нас, чем все вонизмы на свете. Приятель брата, этот самый Юречек, не, обращал внимания на соплячек, на пять лет младше его, поэтому все очень скоро забылось.

— Я уточнила у Казика фамилию, — продолжала Агата. — Оказалось, что они не потеряли друг друга из виду. Казик разговорился, рассказал, что Юречек в последнее время забурел: сменил фирму и что-то такое делает для твоего Стефана. Ясное дело, он и понятия не имел, что Стефан — твой муж, ему и в голову не могло прийти, что давешняя Баська Мямля — это нынешняя пани Борковская, а я тоже помалкивала. Понимаешь, какая нам везуха? Я-то думала, что пойду по цепочке, один химик приведёт к другому, а тут Юречек словно с неба нам свалился. Ты посмотри, как яйцо с оливками под шампанское идёт!

Плавленый сырок тоже неплохо шёл.

Легко догадаться, что Агата быстро изловила Юречка, старательно срежиссировав случайную встречу.

— Я ему напомнила, кто я, и, представь себе, он меня вспомнил! Разве что не был уверен, кто из нас кто, но это уже неважно. Мы с ним сердечно посидели в ближайшем кабаке, за пивом, и сплетни у нас загудели, просто любо-дорого послушать. Ему только что свеженькое счастье привалило: получил патент на зубную пасту. Или пятновыводитель для жира?.. Ладно, нам без разницы. Достаточно того, что по этой причине он страшно разговорился. Это я тебе объясняю, чтобы ты потом ни в чем не сомневалась. Баба с бабой всегда сплетничают, мужик с мужиком тоже, но чтобы мужик сплетничал с бабой, для этого нужно нечто особенное. Мужик всегда сделает вид, что он сплетён не слушает…