Живые [Сборник litres, книги 1-4]

Будто наполнило ее, Эмму, изнутри огромное и горячее чувство, и места ему мало, и рвется оно наружу во что бы то ни стало. Но Закон нарушать нельзя, этого Эмма никогда не допустит. Потому жаркое чувство так и останется внутри.

Соня удивленно подняла глаза от раскрытого альбома, в котором что-то рисовала, и ответила:

– Я ничего не брала.

Кончики ее светлых волос упали на самые глаза, и Сонька легко убрала их рукой, а после зачем-то дунула себе под нос, будто сдувая невидимые волоски.

– Зачем ты обманываешь? Зачем нарушаешь Закон? Думаешь, я не доложу о нарушении? Доложу, посидишь в Изоляции, и это тебя многому научит!

Эмма почти кричала, потому что огонь буквально рвался наружу. Раздражение просто необходимо было выплеснуть, иначе оно сожжет изнутри.

– Я не вру, Эмма. Я ничего не брала, честно.

– Тогда что ты делала в моей комнате? И где кулон с божьей коровкой?

– Я не знаю, – Соня смотрела, не мигая, и в ее светло-голубых глазах сияло неподдельное удивление, – я его вообще не видела.

– Зачем тогда ты рылась в моих вещах?

– Я только оставила тебе сюрприз в твоей шкатулке с украшениями. Ты видела? Я сама сделала для тебя сережки на память. Ну и я чуть-чуть посмотрела те сережки, что были у тебя. Совсем немного.

Соня виновато моргнула и закусила губу.

Эмма шумно выдохнула воздух и переспросила:

– Сережки, мне?

– Да, из бусин и маленьких сердечек. На память.

– Нет, я не заметила. Пошли посмотрим.

Злость плавно схлынула, уступив место стыду. Что это на нее нашло? То ругается во сне, то горит желанием избить сестру. Настолько напряжены нервы, что ли? Или бессонница дает о себе знать? Странно, она только что думала, что Соньке не помешает Изоляция… Кошмарные идеи…

– Извини меня, Сонь, я погорячилась, – сказала Эмма уже в коридоре, приглашая сестру войти в свою комнату.

Виноватые ноты в ее голосе звучали слишком явно и слишком устало. Этот день должен был стать другим – радостным и праздничным. А выходят одни заботы и тревоги. Что-то пошло не так с самого начала. Может, Илья и Катя виноваты – это ведь из-за них нет Выпускного.

Сонькины смешные сережки выглядели совсем по-детски. Небольшие бусины, нанизанные на леску, заканчивались прозрачными сердечками из стекляруса. Удерживая в ладони это невесомое сокровище, Эмма слабо улыбнулась. Вряд ли она станет носить такую красоту на Третьем уровне, но с собой возьмет. Пусть действительно будет памятью о младшей сестре. Нескоро они встретятся вновь.

– Куда же тогда делся мой кулончик с божьей коровкой?

– Я не видела его, когда смотрела сережки. Кажется, его тут нет, – растерянно ответила Соня, потянулась и прикоснулась кончиками пальцев к тонким кружевным квадратикам из серебра, которые Эмма чаще всего носила в ушах.