Территория нелюбви (СИ)
- Автор: Перова Алиса
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Территория нелюбви (СИ)». Краткое содержание книги:
Дочь полка…
Павел оценил печальный юмор, но смеяться ему не хотелось.
— Ты — дочь полководца, Айка! И я очень тобой горжусь! — произнёс он твёрдо, подавляя рычащие нотки.
А ему хотелось рычать и крушить всё вокруг!.. Бессильная ярость и ненависть к самому себе сжигали его изнутри, грозя выплеснуться через край подтаявшего самообладания. За её боль и растерянный взгляд… За то, что не уследил, допустил, что эта чистая искренняя девочка настолько запуталась в своих чувствах!.. За её пронзительное одиночество, позволившее ей так быстро принять его и довериться…
Да, он действительно гордился этой удивительной малышкой… Его дочкой. О подобном подарке судьбы Павел и мечтать не мог. Откровенно говоря, и не думал, и не хотел никогда…
Но вот она… стоит перед ним…
Маленькая… какая же она маленькая и хрупкая в этой его футболке, достающей почти до её острых розовых коленок. Широкий ворот обнажил худенькое плечико с ещё незажившей татуировкой, и Айка поспешно скрывает его от мужского взгляда, поправляя ткань своими аккуратными ловкими пальчиками. Его сильная и не по годам взрослая малышка. Он мог бы убить за каждый её крохотный пальчик!.. За улыбку, такую редкую, и тем особенно ценную.
Айка и правда ему улыбнулась — кажется, ей понравилось, как звучит «дочь полководца». А возможно, ей приятно быть его гордостью… Как бы он сам хотел того же… Чтобы она гордилась им… Девочка, ставшая его нечаянным счастьем… Счастьем, без которого он уже не хотел и умел жить.
ПАлкоВВодец, сука!
Как он мог объяснить этому ребёнку, почему её мать не знает, от кого у неё этот подарок?
Его Айка вдруг теряет улыбку и озадаченно хмурится.
— Но мама, когда с Вами встретилась, вела себя так, будто вы только познакомились… Разве она Вас не узнала?
«Сука! Она бы вела себя так же, будь я даже одноглазым и хромым карликом! Потому что именно в тот день, полтора года назад, мы и познакомились», — подумал Павел, но подобный ответ вряд ли способен был сделать ситуацию более понятной.
— Скорее всего, не узнала, — охотно согласился он. — Лет-то уже сколько прошло! Тогда я был ещё стройным и кучерявым мальчишкой. Но, как видишь, годы меня не пощадили — постарел, потолстел, облысел…
Павел широко улыбнулся, отвлекая Айку и сводя разговор к шутке, и напоролся на изысканный комплимент:
— А знаете, я видела Ваши фотографии — мне Люся показывала. И лично я бы узнала Вас даже таким — старым, лысым и толстым. Почему Вы мне врёте, Пал Ильич?
Получил, придурок?
— Тебе я говорю только правду, — продолжая улыбаться и костеря себя за идиотизм, он приложил руку к сердцу.
— И когда сказали, что я отвратительно танцую? — сориентировалась эта хитрюга.
— Это была наглая ложь, ты замечательно танцуешь!
— Мне бы ещё научиться так же замечательно припудривать мозг, как это делаете Вы. Почему мама Вас не узнала? Это же бред какой-то! А Вы сами-то её вспомнили?
— Не сразу… прости, — покаялся Павел и подсластил признание: — С годами твоя мама расцвела.
Так и есть — сучизм в этой вывернутой бабе распёрло буйным цветом. Но как?! Как такая беспринципная, похотливая и алчная тварь в уродливом тандеме с напрочь отбитым чёртом смогли сотворить это невероятное чудо?.. Которое оба не заслужили…
Айка смотрит на него недоверчиво и обнимает себя за плечи, отстраняясь… закрываясь… И как же сложно, оставаясь честным, уберечь её от новой боли и разочарования. Не испугать, не потерять эту тонкую нить доверия.
— Прости, малышка… Я бы очень хотел сказать тебе, что любил твою маму и желал от неё ребёнка…
— Я не настолько наивная дурочка, Пал Ильич, и всё понимаю. Но я ведь спросила Вас о другом.
— Это была случайная связь, — признал очевидное Павел и тут же соврал: — Я не помню подробностей…
Да их просто невозможно забыть!
— Похоже, Вы с мамой оба были не в себе, — грустно усмехнулась Айка. — Вы познакомились в Киеве, да? Ой… то есть встретились… ну, тогда…
— Нет, здесь, в Воронцовске.
— А как же… Бабаня ведь говорила, что мама не приезжала к ней…
— Ну, как минимум, один раз она точно была здесь. В начале зимы.
Айка будто и не услышала Павла. Ещё крепче обхватив свои плечики, она уставилась невидящим взглядом в окно, озадаченно хмуря лоб и не реагируя на оклик. И когда встревоженный Павел уже протянул к ней руки, чтобы осторожно встряхнуть, она вскинула на него полный смятения взгляд и сипло спросила:
— Но Вы… точно уверены, что я… Ваша?..
Он мог бы сказать, что есть результаты экспертизы, мог бы снова показать фото… Но в горле застрял тяжёлый ком, а чёрные глаза-агаты в ожидании ответа заглядывают в самую душу. Павел лишь молча кивнул.
— И я правда нужна Вам?
«Очень!» — вопило всё его нутро, а ком в горле разбух, не выпуская нужные слова. И он снова кивнул, будто тупой болванчик.
— И Вы… — её тонкие пальчики напряглись, впиваясь в предплечья, — Вы потом не передумаете?
Павлу хотелось выть, рычать и побиться чугунной башкой о стену. До боли в мышцах он сжал кулаки, удерживая себя от нестерпимого желания притянуть… сграбастать в охапку свою девочку, прижать к сердцу и баюкать её всю ночь. Целовать и гладить её шелковистые волосы и шептать в нежное ушко, как сильно она нужна ему… его маленькая Айка, неожиданно разбудившая в нём, очерствевшем цинике, щемящую всепоглощающую нежность. Он был уверен, что подобные эмоции умерли в нём слишком давно… растаяли вместе с мамой…
Он рад, что ошибся…
Но даже предположить не мог, насколько это мучительно больно.
— Никогда, — глухо выдавил он и для убедительности помотал головой.
— Пал Ильич, — Айка застенчиво улыбнулась, — а Вы не могли бы… меня ещё раз обнять?
17.2
Павел задёрнул на окнах тяжёлые шторы и спальня погрузилась в полумрак. Его малышка не захотела возвращаться к себе и теперь, закутанная в тёплое одеяло, пригрелась на его кровати. И, кажется, уснула, устав от разговоров. Она торопилась поделиться всем, будто и правда боялась, что новый день заберёт у неё право быть его дочерью. И даже не подозревала, насколько Павел сам боится сделать неверный шаг и потерять доверие этой девочки. Он никогда не слышал, чтобы Айка столько болтала — быстро, взахлёб, перескакивая с одной темы на другую… О сёстрах и Вадиме, о работе и учёбе, о стройке… Она словно оживала на глазах, а он слушал и улыбался, как дурак.
— А знаете, Пал Ильич, — неожиданно пробормотала «спящая» Айка, — наверное, я давно всё знала… Просто не догадывалась… Вам непонятно, да?
— Я понимаю, — уверенно подтвердил Павел, ни хрена не понимая и озадачившись другой проблемой.
«С этим «Пал Ильич» надо что-то делать», — подумал он.
Но уже хорошо, что хоть не «дядя Паша», вызывающий у него зубовный скрежет. Но и слишком торопиться тоже не следует… На Айку нельзя давить. Непросто это — стать вдруг отцом взрослой самостоятельной дочери.
— Я просто это чувствовала, — продолжила Айка о непонятном. — Мне всегда очень нравилось, как от Вас пахнет.
Павел многозначительно произнёс: «М-м…» и с досадой подумал, что вчера, выжрав бутылку вискаря, он рухнул в постель, так и не приняв душ. И исправить это следует как можно быстрее.
— А куда Вы, Пал Ильич? — настиг его голос дочери на пути в ванную комнату.
— Возвращать себе привычный запах, чтобы не разочаровывать мою девочку.
— Нет, идите ко мне, — прозвучало капризно и настойчиво, — если Вы меня обнимете, я быстрее усну.
Павел напрягся и поспешно застегнулся на все пуговицы.
— Ай, мне будет приятно, если ты прекратишь мне выкать, — он осторожно присел на край кровати.
— Ладно, — легко согласилась она и, быстро передислоцировавшись вместе с одеялом, положила голову ему на колени. — Скажи, а ты когда-нибудь совершал подвиг?
Неожиданно!
Павел ласково погладил дочку по голове и задумался…