Драконий камень

— Мы тоже чистильщики, — ворвался в сознание голос Кати.

— Мы?

— Да и девушка это поняла.

— Кто такие чистильщики? — задал вопрос Кирилл, но уже знал ответ.

Катя замкнулась в себе, и он не захотел её тревожить. Перед глазами возникли образы пещерного монастыря с круглыми башнями наверху.

— В Инкерман надо съездить, — внезапно сказала она.

— К тем башням?

— Да.

Кирилл как-то по-новому посмотрел на свою спутницу, такое ощущение, что он с ней, как бы правильно слово подобрать, напарники.

— А ты сейчас совсем не похожа на ту, что была там, — стараясь подбирать слова, медленно произнёс Кирилл.

— Ну да, формы не те, — насмешливо ответила она.

— Абсолютно не это имел в виду.

— Ага, поверила! Я припоминаю, как ты пялился на мои груди, — Катя с неудовольствием кинула взгляд на свои скромные холмики.

— Глупости говоришь, — покраснел Кирилл и подумал: «Вот язва!» — она словно прочитала его мысли:

— Нет, просто стерва! — и озорно подмигнула, а в раскосых глазах забегали чертенята.

Они оба остолбенели, это уже было.

— Это не шиза? — с ужасом спросил Кирилл.

— Определённо нет. Это обычная командировка, напарник, — сосредоточенно сказала Катя, но в её глазах промелькнул страх и мгновенно исчез, стоило Кириллу поднять на неё взгляд.

Они в молчании проехали бухту Омега. В скудном освещении просматривалась лодочная станция, темнели навесы и ни души. Поздней осенью в Севастополе мало народа. Жизнь становилась спокойной, уравновешенной, воздух очищался. Кириллу это время года нравилось даже больше, чем лето.

Они вышли на своей остановке, и троллейбус пополз дальше. Кирилл проводил Катю до самого подъезда.

— До завтра. Встречаемся на Графской пристани, — Кирилл посмотрел на её сосредоточенную мордаху, и такая его охватила нежность, что неожиданно взял её за плечи и чмокнул в макушку.

— Угу, до завтра, — она решительно отстранилась и строго произнесла:

— Я не маленькая девочка не надо меня жалеть.

— Давай в одиннадцать. С утра мне в военкомат надо зайти, — Кирилл сознательно пропустил её реплику мимо ушей.

— Пока, красавчик! — неожиданно она обвила его шею и поцеловала в лоб. — Теперь ты от меня никуда не денешься! — насмешливо сказала она.

Кирилл захотел возмутиться, а как же Эдик! Хотя причём тут он? Но вдруг с остротой понял, она в эти слова вложила совершенно иной смысл, и с грустью подумал: «А она славная в такую девушку и влюбиться можно!» Но внезапно возник зыбкий образ Стелы. Кирилл растерялся от начавшегося в голове настоящего сумбура. Он развернулся и побежал по пустынному шоссе.

Транспорт уже не ходил и вокруг была тишина. В отличие от Москвы народ в Севастополе ложился рано.

У гаражей Кирилл замедлил бег и перешёл на шаг. Всё же у него возникло беспокойство за ту девушку. Вдруг они ошиблись, и сейчас она лежит в грязи, поруганная и изувеченная.

Кирилл медленно двинулся по едва заметной тропинке, в страхе крутя по сторонам шеей. Место здесь было гадким. Гаражи теснились друг к другу, образуя тёмные щели и лазы. Вокруг всё заросло густой травой, и всюду был разбросан всяческий хлам.