Любовь без розовых соплей
- Автор: Нефедова Алена Валентиновна
- Серия: Непридуманные истории #1
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Любовь без розовых соплей». Краткое содержание книги:
— Я. Тебя. Разлюбил, — он отводит глаза, но, качнув головой, снова поднимает на меня взгляд.
— Ты была права. Нет любви. Есть только химия. Гормоны. Инстинкт размножения. Похоть, в конце концов. А любви нет.
Мне так больно это слышать, что я даже плакать не могу. Или не хочу? Вот и глаза сухие, и губы не дрожат. Только в горле какой-то комок колючий, будто морского ежа проглотила. Я обхватываю руками живот и прислушиваюсь к толчкам. Три в левую руку, один в правую. Ты же все слышишь, малыш, да? Хорошо, что я так и не призналась твоему отцу в том, что ты уже есть.
Зачем ты трепыхаешься? Что тебе еще надо?
Власть не нравится?
«Малыш, что ты хочешь? Только скажи…»
Хотеть не вредно. Вредно не хотеть.
Я только сейчас начинаю понимать смысл этого высказывания.
Да, фактически я не владею материальными ресурсами. Но я полностью завладела мыслями того, кто держит их в своих руках и предлагает мне на раскрытых ладонях.
А я…
Я. Ничего. Не хочу.
Ни машину. Ни дом. Ни путешествие на Бали. Ни украшения. Ни вечеринок. Ни новых нарядов.
Я хочу, чтобы эта чертова штука за ребрами просто перестала стучать и сбиваться с ритма.
Хочу снова видеть в зеркале просто Олю Малышеву, а не мисс Олгу, любовницу самого Шона Уилана.
— Олга, я хочу с тобой кое-что обсудить. Кое-что неприятное, на первый взгляд. Но только на первый.
Шон немного суетливо наливает виски, жестом предлагая и мне, но я отрицательно машу головой. Никакого, к чертям собачьим, спиртного. Только холодная, трезвая голова.
— Дело в том, что я женат.
Как мило, что ты соизволил упомянуть об этом.
— Но это никоим образом никогда тебя не коснется. Тебя никто никогда не упрекнет, не напишет гневное письмо или смс, не позвонит и не обвинит в том, что ты разрушаешь семью.
Прелестно. А могло быть еще и так?
— Я не могу объяснить тебе все тонкости нашего брачного союза, но он такой, какой есть. И это изменит только смерть — моя или ее. При этом каждый из нас волен состоять в отношениях с другими партнерами, сколь угодно долго и как угодно далеко от супруга, хоть на другом конце планеты и у всех на виду. А с тобой я хочу объездить вместе весь мир, показать его тебе и прожить с тобой до конца своих дней.
Ох, Володя, ну гений же. Что там было про самые крепкие брачные союзы? Ведь в точку!
— После этого проекта будет другой, во Вьетнаме. И я хочу, чтобы ты поехала туда со мной. В качестве… — он запинается, пытаясь подобрать верное слово.
— Второй любимой жены? — любезно подсказываю я. — Во Вьетнаме разрешено многоженство?
— Олга, моей постоянной спутницы. И я всем буду представлять тебя как мою единственную возлюбленную. Я не могу дать тебе свое имя. Но я дам все остальное. Все. Только попроси.
Какой верный и щедрый мне попался очередной женатый любовник. Уж повезло так повезло. Не хочу я такого везения. И щедрости мне не надо. И просить ничего не хочу.
А хочу когда-нибудь перестать до паники бояться летать самолетами. Какой на фиг Вьетнам и весь мир, если несчастная тысяча километров в воздухе отнимает у меня десять лет жизни? Даже из-за этой короткой поездки у меня сто пудов снова собьется и цикл, и сон — вот так по-придурошному реагирует на несвойственную людям высоту пребывания мой организм.
Но эта поездка мне необходима.
Как воздух.
Как кислород, которого мне в последнее время катастрофически не хвата...
— Госпожа Малышева, с вами все в порядке? — надо мной склоняется встревоженная стюардесса. — Госпожа Малышева? Ольга Владимировна… Вам нужен врач?
— Нет, спасибо, — разлепляю я пересохшие губы. — Можно воды, пожалуйста? Простите, это… паника. Я боюсь летать.
Я держу воду двумя руками, потому что боюсь расплескать ее, не донеся до рта.
Приплыли, Оленька. Ты что, умудрилась потерять сознание? Прямо в самолете? Фигасе тебя накрыло. Это все нервы, которыми реально надо срочно заниматься. Пожалуй, наплюю я на корпоративные стандарты и обратно поеду поездом. И пусть я потеряю лишние сутки на дорогу, но хотя бы обойдусь без потери сознания.
А Стив может орать сколько угодно. Мне плевать. На его гнев, недовольство, вопли. На него самого. На работу. На себя и свою репутацию. Просто. Плевать. Прямо сейчас я вообще хочу сдохнуть. Но сперва кофе с сигаретой.
Дотерпев до гостиницы, я прошу на ресепшене номер для курящих, и, поднявшись, первым делом достаю сигареты, развожу в кипятке пакетик черной бурды, которую почему-то считают кофе, и усаживаюсь на постель.
Первый глоток и первая затяжка после чертова перелета. Сейчас меня отпустит. Сейчас меня…
Я еле успеваю добежать до туалета, чтобы не испачкать темной жижей свежезастеленную кровать.
Малышева! Да тебе точно пора лечиться!
Мне хочется заорать или разбить что-нибудь. Но нельзя. В отелях очень тонкие перегородки и прекрасная слышимость. А мои фобии и истерики никому не интересны.
«Не позволять эмоциям взять верх».
Поэтому просто умываюсь холодной водой, чищу зубы, чтобы избавиться от мерзкого привкуса во рту и, даже не поужинав, ложусь спать. Утро вечера мудренее…
Все следующие рабочие дни проходят по четкому распорядку: с десяти утра до восьми вечера я в офисе — свожу окончательные таблицы по простою судов, доставляющих трубы и оборудование. Гигантская работа, на самом деле, которую я кропотливо делала в течение последнего месяца, чтобы у экономистов и финансистов было веское основание снизить затраты на фрахт, списав половину на официально подтвержденную соответствующими органами плохую погоду.