Знание — сила. Фантастика (2011-2015) [компиляция]

— Увы, Великий Патриарх Фотий! Возвращение императора ничего не изменило. Через час-другой варвары пойдут на штурм беззащитного города. Дальше будет то, что сейчас за стенами. Жесточайшая резня и полный разгром главного города империи.

— Что предлагаешь ты, кесарь Варда?

— Необходимо чудо.

— Но я не чудотворец.

— Ты хранитель омофора Божьей Матери. И ещё…. В этом храме хранится камень Архимеда.

— Где твоя последовательность, кесарь? — усмехнулся священник. — Божья Матерь — символ и оплот новой веры, Архимед же был язычником.

Воин, убивший Архимеда при штурме Сиракуз, снял этот камень с шеи старого идолопоклонника. Он поклонялся ему как иконе…

— Смени гордыню своей веры на благоразумие фактов. С помощью этого камня старец сжёг римский флот. И если бы не его случайная смерть, финал Второй Пунической войны, мог бы быть другим.

— История не терпит предположений. А воспользоваться святыней из ковчега возможно лишь с ведома императора. О посланнике с небес, который ты называешь Камнем Архимеда, в империи знают лишь три человека. Ты, я и василевс. О месте его хранения знаю лишь я. Ну, и вряд ли будет польза от обращения одной рукой к нашему Богу, а другой — к греческим богам, истинность которых отвергает наша вера.

— Скорей всего этот пьяница снимает усталость от похода добрым вином из своего погреба, в компании циркачей на ипподроме. А время не терпит. Надо вскрывать ковчег со святынями и просить защиты у Спасителя. Это сделаешь ты. А я обращусь к богам Архимеда.

— По моим сведениям, император будет в храме с минуты на минуту. Мы помолимся Богу и попросим помощи, а ты попробуй обратиться к камню. Он спрятан.

Дальше расслышать ничего было нельзя. Фотий наклонился к уху кесаря и что-то долго говорил неслышным шёпотом.

У алтаря Влахеренского храма Божьей Матери, патриарх и император беседовали уже второй час.

— Откуда пришла к нам эта великая беда? Где, в каком тёмном углу обитает столь великая жестокость? Какой верой поощряется убийство грудных детей, матерей, стариков? Чего хотят эти нелюди?

— Эти люди, василевс, пришли к нам из-за моря. Двести кораблей — не флот, а восемь тысяч копий — не армия. Пойти такой силой на империю, которой подвластно полмира, по меньшей мере, безрассудно. Окажись наша армия на месте — исход сражения решился бы в минуты. Всё это говорит о невысоком уровне рассудка их вождей. Слабость рассудка указывает на крепость, почти необратимость веры, которая столь непримирима к иноверцам. Желание у них одно — разграбить город. А оставшихся в живых взять в полон и продать в рабство.

— Как можно спасти город и империю?

— Ты, василевс, спрашиваешь о защите нас Богом?

— Увы. Как не пытаюсь, других средств не вижу.