Хроники далекой Галактики

Только я все равно принять это не могу. Потому и поселился на планете подальше от имперских границ.

Ушел со службы… вот уже лет семь живу здесь. Лечу людей – как сейчас, на стройке, справился с переломом руки, зафиксировав и слегка поработав Силой.

Странная жизнь. Семьдесят два года прожил на этом свете; двадцать восемь из них учился и исцелял других. Потом тридцать восемь лет воевал за Альянс и Новую Республику.

А теперь вот уже семь лет – снова лечу. И моя ненависть едва тлеет.

Что бы сказал по этому поводу Рем? Вряд ли узнаю… он ушел в отставку по ранению, поселился где-то ближе к Корусканту. Из остальных… кто-то погиб. Кто-то тоже распрощался со службой.

А я вот остался цел и ушел по своему желанию; снова выжил во всех переделках. И сейчас, когда вновь идет война… пытаюсь понять, вернуться на службу или нет? Пусть постарел, но навыки не забыты; да и что это за возраст для адепта Силы…

– Доктор Керл! – испуганно окликает меня ассистентка, глядя в небо.

Я тоже вскидываю голову – к уродливым кораблям, заполняющим небеса.

В этот район их пришло два десятка. Высокие, донельзя уродливые, облаченные в прочнейшую броню, с длинными боевыми посохами. И… неощутимые в Силе.

Командир что-то вещает, по поводу бесполезного сопротивления и величия йуужань-вонгов – ну совсем как имперский мофф. Я стою среди других, сжимая в руках кейс с медицинскими инструментами; внимательно гляжу на изуродованные лица.

Почему Галактику никак не оставят в покое войны?

– Да с чего вы взяли, что вообще имеете право тут распоряжаться! – не выдерживает мой сосед, плотный коренастый человек в рабочем комбинезоне.

– Молчать, язычник, – снисходительным тоном бросает йуужань-вонг. – Ты скоро поймешь, какое благо этому мирку принесли дети Йун-Йуужаня.

– Да пошел ты! – рявкает в ответ рабочий, и лицо командира темнеет.

Мгновенный выпад посохом – и человек падает на колени, хватаясь за шею, пораженную змеежезлом.

– Так будет с любым, кто воспротивится… ты что делаешь?

Я опускаюсь на колени рядом с упавшим рабочим; нащупываю пульс и спешно пытаюсь сообразить, что из аптечки может мне помочь.

– Не сметь его лечить! – на спину обрушивается удар. К счастью, просто удар, а не атака жалом.

Все вокруг расступаются, когда йуужань-вонги выдвигаются вперед.

– Он посмел возражать нам, и потому…

Старые рефлексы берут верх; рукоять меча сама выскальзывает из потайного кармана и я вскакиваю, нанося удар снизу вверх. Йуужань-вонг не ожидает такого поворота и не успевает среагировать; светящееся лезвие входит ему под подбородок.

– Джиидаи! – выкрикивает кто-то из остальных. – Мастер войны приказал их всех истребить…

Истребить джедаев?

Опять?

Я зря считал, что ненависть почти угасла; напротив, сейчас она полыхнула пламенем, которого я давно не чувствовал.