Избранные произведения. IV том

Развернувшись назад и держа пистолет в обеих руках, Марти увидел Другого, идущего навстречу со стороны кабинета Пейдж, и не смог сдержать крика. Он шел слишком быстро для человека с ранениями в грудь, потерявшего пол-литра, а то и литр крови. Сильно ударив Марти, он подтащил его к перилам галереи и заставил поднять руки вверх.

Когда его тащили назад, Марти машинально нажал на курок, но пуля только прошила потолок холла. Затем он был отброшен на крепкие поручни и больно ударился поясницей. Жуткая, нечеловеческая боль пронзила почки и побежала дальше, вверх по ребрам по позвоночнику, и Марти приглушенно закричал.

Падая, он выронил пистолет, который перелетел через голову и упал у него за спиной.

Дубовые перила, не выдержав такого натиска, издали громкий сухой трескучий звук, предвещающий их близкую кончину, и Марти не сомневался, что они обвалятся на лестничную площадку. Но балясины и стойки удержали перила от падения.

С огромной силой надавив на Марти, так, что он прогнулся назад, Другой перекинул его через балюстраду и стал душить. Железная хватка. Пальцы-клешни сжимают сонную артерию.

Марти хотел просунуть колено между ног противника однако ноги у него были сомкнуты. Он потерял равновесие, одна нога его висела в воздухе, а Другой отталкивал его все дальше назад, до тех пор, пока он не оказался пригвожденным к перилам, балансируя на них, как акробат.

Марти задыхался. Боясь, что тиски окажутся такими сильными, что кровь перестанет поступать в мозг, он попытался ослабить железную хватку, разведя руки противника. Однако тот удвоил усилия, не собираясь ослаблять давление. Марти еще больше напрягся и почувствовал, как заколотилось его перегруженное сердце.

По идее, они должны были бы быть равными соперниками. Ведь они одного роста, веса, сложения, в одинаковой физической форме — одним словом, по всем внешним признакам они абсолютно одинаковы.

Тем не менее Другой, получив два смертельно опасных ранения, был сильнее, и не только потому, что у него были какие-то преимущества и он твердо стоял на ногах, в отличие от Марти. Он, казалось, обладал каким-то нечеловеческим потенциалом.

Находясь лицом к лицу со своим двойником, Марти, казалось бы, должен смотреть на него, как в зеркало, однако лицо напротив было обезображено такими дикими страстями, каких Марти никогда не видел на своем лице. Животная ярость. Ядовитая ненависть, сравнимая разве что с солью цианистой кислоты. Он был так возбужден самим актом насилия, что знакомые черты были обезображены судорогами маниакального удовольствия.

С открытым ртом, из которого брызжет слюна, сжимая горло Марти для усиления доходчивости своих слов, Другой проговорил:

— Мне нужна моя жизнь, сейчас, моя жизнь, моя, сейчас. Мне нужна моя семья, сейчас, моя, сейчас, сейчас, сейчас, нужна мне… Нужна мне!

Еще немного, и Марти потеряет сознание.

Отчаявшись ослабить хватку противника, Марти хочет впиться ногтями ему в лицо, но не может до него Добраться. Все его усилия кажутся слабыми и бесполезными.