Электронная книга - «Королевство ведьм (СИ)». Краткое содержание книги:
Мёртвый род* — в понимании местных — семейство, никогда не принадлежавшее к аристократии, а значит, не жившее и не рождавшееся. Мёртвый род — род слуг и рабов, живущих и существующих лишь для службы своим хозяевам.
Глава 25
Перспектива оказаться на улице во время настоящего боя меня совершенно не воодушевляла. Всё же я трусливый убийца, а не героический воин, и какая-нибудь шальная стрела вполне спокойно и доходчиво могла напомнить мне об этом, застряв где-то между лопаток или ягодиц.
«Надеюсь, в арсенале Бьянки есть какое-нибудь заклятие, позволяющее свалить в прошлое и всё там переделать», — а иначе я не представляю, как мы будем защищать собственные стены, израненной и уменьшившейся хрен знает насколько армией!
«Но всё это потом, а сейчас…» Глядя, как Сигрид тщательно и подробно рассказывает собравшимся план «талантливейшей ведьмы», постарался как можно аккуратнее подводить ту информацию, о которой можно сестре говорить, а которой нет.
Ведь даже если и будет утечка данных по атаке на врата, знать в любом случае разделит свои силы, оставив отряды побольше у своих стен. Да, мы потеряем больше рабов и вчерашние союзники могут на меня обозлиться. Но ведь даже если и так, этой ночью я приобрету новых. Свежих, в большем числе, доверяющих мне и готовых отплатить добром на добро — наверное…
Потеря одной из пешек не критична, вот только…
— Как быть с ведьмами? Они нас по мостовой размажут! — опасаясь удара с воздуха, спросила одна из собравшихся.
— Не размажут, — ехидно скалясь своей старческой улыбкой, прокряхтела старая женщина. — Велите собрать лучников, пусть размажут по своим стрелам мои яды, а после окунут те в смолы и стреляют по всем, кто встанет на пути. Если ведьмы примут стрелу на воздушный щит, яд, блокирующий ману, попадёт в лёгкие, если получат такую в плечо, проникнет через ранение. И так и так они станут бесполезными. По крайней мере, до тех пор, пока не поймут, что к чему.
— Жрицы тоже вам помогут, пусть мы и не умеем летать, но кое-что также можем, — похлопав мать по плечу, заявила старуха из культа Игнис.
— Тогда решено, — взглянув на дочерей, хмуро произнесла Хельга. — Вы двое, поможете исполнить предначертанное, а ты… — Тыкнула пальцем в мою грудь. — Сиди дома.
— Как скажешь, мама. — Как и подобает послушному мальчику, кивнул, а после под обещания собравшихся вернуться с победой поднялся на второй этаж и закрылся в своей комнате. Требовалось подготовить всё имевшееся в запасе снаряжение.
***
Патрульная группа из десяти городских стражниц, некогда выбранных самой Бэтфорт, медленно и размеренно прогуливалась по опустевшим улицам. Женщины с тоской обсуждали отставку командира и недобрым словом упрекали засидевшуюся на своём посте Вигберт. Никто из них не верил в причастность и тем более в заговор. Интриги, неразделённая любовь, заказное убийство или ещё что — возможно, но только не предательство. «Честь для неё всё».
Остановившись возле трактира «Золотой медяк», одна из стражниц, желая отлить, завернула в переулок, попросив подруг немного обождать, и те решили воспользоваться возможностью и пополнить запасы своих винных бурдюков. Пусть их бывший командир и была эталоном чести и доблести, обычные подневольные, как себя сами называли стражницы, не имели наделов и дворцов, оттого и выживали как могли, сшибая с хозяек трактиров лишний медный, жаренный или винный «налог», да обчищая карманы уснувших на улице бедняков.
— Сегодня эль или вино? — собрав у подруг пустующие сосуды, обратилась к подопечным старшая. — Или всего сразу… Выпьем за удачу Хорвардов или её отсутствие…
Едва двери отворились, подуставшая мечница лоб в лоб столкнулась с облачённой в кожу с щитом и мечом зазевавшейся постовой, решившей так же послушать, о чём говорили в таверне.
— Ты ещё, мать твою, кто такая? — глядя на боевое облачение, носить которое в пределах города разрешалось лишь страже и приближённым к лордессам, обронила стражница.
Короткое лезвия меча с лёгкостью пробило кожаный доспех городской воительницы. Захрипев, та роняет бурдюки и, пятясь, с клинком в груди падает в грязь.
— Какого хрена?! — Тотчас схватившись за мечи, кидаются на подмогу своей десятнице женщины, но несколько сорвавшихся с крыш стрел с мерзким чавканьем вонзаются в тела самых торопливых. Стража, вооружённая лишь копьями и мечами, не имея возможность укрыться, кидается в рассыпную: кто в переулок, кто в соседние приоткрывшиеся двери. Они спасали свои жизни.
— Впусти! — крикнула одна из мечниц, когда выскочившая из этого же трактира плечистая копейщица метким броском своего полутораметрового пилума насквозь пробила той лёгкое, пригвоздив к деревянной стене. Спустя несколько минут и в переулках послышались истошные крики последних уцелевших, а следом и тех, кто успел прийти им на помощь. Крики, стоны, старые боевые песни и возгласы о небесной каре, настигшей город Тэтэнкоф. Всё смешалось воедино.
Двери, к которым пригвоздило тело, со скрипом отворились. Пальцами затыкавшая собственную рану воительница в надежде найти спасение взглянула на вышедшую из дома женщину.
— П… мо-ги-те… — хрипя прошептала стражница, но ответом той был лишь здоровенный кухонный нож, вонзившийся в шею. Кровь хлынула из горла, бедняга, будучи ещё живой, получила несколько других ударов по корпусу, прежде чем её отодрали от стены, раздели, забрали оружие и, словно кусок испорченного мяса, кинули в грязь.
— Тащите всю мебель, переворачивайте телеги, перегораживайте дороги прежде, чем мы пойдём к главному мосту города требуется подготовить местность для обороны. Укрепим пути для отступления! — вскрикнула громила, обтирая свой пилум. Сегодня ей предстояло сражаться не как воительнице из гильдии убийц, а как горожанке и защитнице своего дома.
Привычно неспокойный район города разгорался сотнями вываливавших на улицу факелов. Едва успевшие к реке стражницы, побросав доспехи и оружие, вплавь пытались перебраться через реку не для доклада, а для собственного выживание. Кому-то это удавалось, кто-то, не скинув себя тяжеленный доспех, тонул. Но большинство осталось изрезанными и затыканными кусками плоти на грязных разбитых дорогах нищего города.
Первым на место столкновения прибыл небольшой ночной отряд ведьм. Большинство из них являлись вольнонаёмными женщинами, в обязанности которых входило следить за порядком, опускать и поднимать мосты, но была часть и из Багры, попавшая на север не по своей воле, а по просьбе вышестоящего магического руководства.
Столкнувшись с разъярённой толпой и почувствовав на своих магических щитах дурман-траву, умнейшие, похватав посохи, тотчас отступили: кто перегруппироваться, а кто и из трусости. Ведьмы, теряя силы, направились в квартал знати и, покуда их более глупых соратниц рвала на части обезумевшая толпа, не чуравшаяся применять древние проклятия и магию. Уцелевшие спокойно отдыхали, исцелялись, а так же очищали кровь и решить для себя, как действовать дальше.
Горожане на удивление действовали слаженно и крайне организованно. Оставив целым лишь единственный мост, те собственными силами опустили его, захватили торговый остров, разобрали эшафот и всё, что только плохо лежало, а после принялись бы и за следующий механизм, да вот только тот находился на противоположном берегу, где, собственно, и собиралась вся городская армия.
Вслед за ожившим нищим городом стал оживать и богатый, отовсюду к центру кто на лошадях, а кто и на своих двоих стали стекаться разрозненные отряды лордесс. Закованные в сталь, с первоклассными мечами и щитами, они глядели, как на другой стороне в спешке возводятся укрепления, создаются баррикады. Крестьяне с топорами, вилами, охотничьими луками и дубинами готовились дать бой профессиональной армии, надеясь на то, что наспех возведённые сооружения спасут им жизнь.
Никто из воительниц, сражавшихся от имени Вигенвагенов или лордесс, в своей победе не сомневался. С ними были ведьмы, враг сконцентрирован в узком месте и вскоре, столкнувшись с их магией, оружием и силой, поймёт, что ему не справиться, и побежит прятаться обратно в свои крысиные норы. Именно так по памяти большинства воительниц заканчивался любой городской мятеж.