Колхозное строительство 8 [СИ]

– А можно мне в Кремлёвской больнице полежать? – Пётр ногу свою хромовую задрал.

– Без проблем, – Косыгин вздохнул. – Везёт же некоторым, есть время болеть.

Вот сейчас лежит в палате и смотрит на двух… как бы их без мата назвать? «Чудиков»? Нет. Те просто чудят – эти же с целью.

Ну и ладно – у нас ними на сегодняшний момент совпадают цели.

– Товари… Госпо… Друзья! Давайте-ка я вас друг другу представлю. По правую руку от моей ноги находится Добровольский Алексей Александрович. Личность совершенно нетривиальная: советский идеолог славянского неоязычества, национал-анархист, национал-социалист, «волхв». Автор программной самиздатовской статьи «Стрелы Ярилы». Участник диссидентского движения СССР, член Народно-трудового союза русских солидаристов. В заключении сошёлся с бывшими коллаборационистами, нацистами, соратниками Краснова, Шкуро и Власова, членами Народно-трудового союза, – хватит, а то от похвалы вон засмущался волхв Алёшенька.

– Пётр Миронович, я человек увлекающийся. Ну, наделал в молодости ошибок.

– В «МОЛОДОСТИ»??? Алексей Александрович, вам, мать вашу, пятьдесят шесть лет! И я говорю про последние десять – а вы, оказывается, ещё и в «молодости» по ведьмам шастали?

– Пётр Миронович! Я ведь исправился, людей лечу – что вы меня перед незнакомым человеком чихвостите?!

– Правда ваша, това… вы ведь теперь товарищ Добровольский?

– Кхм, я и…

– Замнём. В общем, вы не бойтесь, Алексей Александрович, человек, что стоит по левую руку от моей правой ноги – тоже деятель. Это Миролюбов Юрий Петрович. Он… он… он в некотором смысле ваш коллега. Писатель, историк, славянист и авто… Ага, и именно он издал в американском журнале «Жар-Птица» вашу библию – «Велесову книгу». Всё, можете обниматься и всплакнуть друг у друга на плече.

– Ну, мы уж почти пообнимались. Мне вот костыли мешают.

– И что у вас за болячки, Юрий Петрович?

– Заболел в 1956 году тяжёлой формой артрита. Вот – скрючило ноги.

– А забирайте-ка вы, товарищ Добровольский, Юрия Петровича с женой в Алма-Ату, и подлечите у Кашпировского в вашем центре. Может, с травками да гимнастикой с электрофорезом и получится чего – ну и этого китайца-иглоукалывателя подключите. Всем миром на старца навалимся, да… сведём его в могилу.

– Весёлый вы человек, Пётр Миронович… Но ведь не для того, чтобы над больными людьми поиздеваться, нас позвали в эти чертоги?

– Понятное дело. Вот вы всех этих Даждьбогов, Велесов, Перунов и всяких мавок-навок себе зримо представляете? Или только столбами со зверскими рожами, кровью младенцев залитыми?

– Никаки…

– Да шутит он опять, Алексей! Пусть ему, тоже больной человек, – погрозил пальцем Миролюбов.

– Дак как? Представляете?

– Наверное, – Добровольский изобразил задумчивость. Ну, как положено – палец в нос, другой рукой ухо почесать, в потолок посмотреть.

– Ну и замечательно. Алексей Александрович, у вас ведь связи в Москве остались? Найдите самого толкового художника, за любые, в разумных пределах деньги. Отвезите его тоже в ваш центр, и пусть он с ваших слов фоторобот всех этих богов и прочих славянских духов изобразит. Хотя не так! Возьмите двух самых лучших графиков. Именно графиков – нам цвет пока не нужен. Одному описываете вы, второму Юрий Петрович. И не подсматривать! Потом сравните, скомпонуете, выпьете с художниками настойки мухоморной – и сделаете один общий вариант. Вот. Потом найдёте художника-мультипликатора, и превратите ваши рисунки в героев мультфильмов. А ещё по всем вашим адептам клич бросьте – пусть наберут увлекательных историй, как про греческих богов – хоть сами придумают, хоть во всяких летописях найдут. И чтоб стройно всё и красиво! Я тут справки наводил, профессора-филологи на вас, Юрий Петрович, большой зуб имеют, оскорбили вы их профессиональную гордость. Дилетант вы в славянских языках, говорят.