Библиотека литературы Древней Руси. Том 15 (XVII век)

И тем похвалным Викентиевым словам супостат диаволъ позавиде. Купецъ Амбросий, иже от града Пляцентии, воста и нача глаголати: «Любимый мой господине Викентий! Что ты намъ про жену свою глагола, не можем в томъ веру яти, ибо вся быти в добродетелных женахъ могло и может быти, дабы жены наша без насъ, мужей своихъ, были во всем добры и с нами бы жадныхъ[322] делъ не имели. Но понеже мы всегда странствуемъ и от любви ихъ на многое время разлучаемся, а в домехъ своих имеемъ всякое преполнение и изобилие, и есть вещь явственна, яко жены, во младости и во всяком изобилии оставлшиися, по своей воли живущия, зело друголюбны и не постоянный суть бывают, и скоро имутъ веру беседамъ сказания. Показуютъ при юношахъ мяхкая глаголания и плясания, и радостны ся творят о похотной вещы. Юноши же, видяще ихъ благоприятных к себе, радостне с ними беседующих, наипаче к таковой любви безстыдно прилепляются. И всякими кознми и злохитростми онехъ подходятъ, и с праваго пути совращаютъ, вселюбезно во блудныхъ похотехъ пребывают и всякими дарами онехъ юношъ дарятъ. Гораздо с трудностию такову нашю жену купеческую мочно обрести, которая бы к такову диаволскому совету не пристала, ко юношы во своей младости не пребывала, и дарами бы ихъ не дарила, и ко прелести бы ихъ къ себе не вдавала. А ты, господине мой Викентий, зело жену свою над инеми нашими женами похваляешъ, но и во всякой добродетели возносишь. Смелъ бы я с тобою о тысящи златыхъ заложитися! Хотя азъ жены твоея не знаю, токмо о семъ гораздо вемъ, что она от мене не отстоится, имать быти должна в моей воли».