Колода без туза [Хроника времен гражданской войны]

— Рано, видно, Леша, концы рубить, — Камчатов покачал головой. — Я так думаю — ненадолго ты домой. Как бы в Харбин ехать не пришлось. Должны же мы знать, что против нас беляки замышляют. Ты теперь весь расклад знаешь. И в роль вошел. А путь в Маньчжурию с Овчинникова начнется. Так что, пожалуй, придется вам еще встретиться. — Камчатов рассмеялся: — Когда аппендицит вылечишь.

— Начальство пусть решает, — сказал Дроздов. — Ему виднее.

— Оно и решило с ним пока поиграть, — рассудил Камчатов. — Думаю — неспроста решило.

— Поживем — увидим, — сказал Дроздов.

Остановились у вагона.

— Там в лесу, на заимке, пес остался, сирота, Шерифом звать, — сказал Дроздов. — Ты возьми его себе, Федор, а?..

— Не загрызет? — с опаской спросил Камчатов.

— Тебя загрызешь, — Дроздов улыбнулся. — Договорились?

— Ладно. — Камчатов кивнул. — Возьму.

Молча стояли они на темном перроне, двое людей, успевших узнать и полюбить друг друга, и было им жаль расставаться, но разлука была неизбежной, как неизбежной была недавняя встреча, потому что и разлука, и встреча были вызваны непреложным законом их жизни — оперативной необходимостью. Есть в чекистской профессии такое будничное, но бесконечно емкое понятие. Оно может вместить и приказ, надев во имя торжества высшей справедливости личину врага, пойти, если понадобится, на пытки и даже на смерть. Оперативная необходимость потребовала от Камчатова и Дроздова встретиться в нужном месте в нужное время и спасти честь убитого врагами курносого голубоглазого паренька, двадцатилетнего командира взвода Володи Ямщикова, потому что он был мертв и не мог сделать этого сам.

И они встретились.

И спасли его честь.

Несмотря ни на что.

И было это для них так же важно и нужно, как добыть списки вражеской агентуры, как обезвредить банду Мещерякова, как победить в гражданской войне.

Потому что доброе имя одного человека так же свято для революции, как судьба всего народа и государства.

А мертвые больше не мертвые, если их воскрешают живые.

Камчатов и Дроздов сделали все, что было нужно.

Но теперь пришла пора расстаться.

И вот они стояли на темном перроне, смотрели друг на друга и молчали, хоть многое могли бы сказать.

Молчали потому, что о деле все было сказано, а настоящие мужчины говорят между собой только о деле, праздных слов стыдятся и отношение доказывают поступками.