Искусство кройки и житья. История искусства в газете, 1994–2019

Российский императорский двор показан здесь через костюм, то есть то, что, с одной стороны, имеет презентационную функцию, а с другой – является вещью чрезвычайной интимности. Мы видим костюмы церемониальные и повседневные, комплекты для визитов и для верховой езды, детские и маскарадные платья, утренние и прогулочные, вечерние и бальные, военные и гражданские мундиры и мундирные платья. А также феерическую коллекцию придворных ливрей: повседневных, воскресных, парадных, траурных, выходных, вояжных и рабочих.

Истории, которые рассказываются через эти вещи, очень разнообразны. Здесь и баснословная роскошь русского двора, которая ослепляла вплоть до временного паралича воли даже самых скептически настроенных гостей. Здесь и собственно история костюма как история женских и мужских мод с начала XVIII века и по 1917 год, от петровских кафтанов до узких струящихся по фигуре платьев позднего модерна. Здесь и история тела: рост, полнота, размеры ног, ширина талии и плеч, все это в случае с платьями конкретных исторических лиц является индивидуальной характеристикой (как, например, громадность Петра Великого или уникальная миниатюрность родившей шесть детей принцессы Дагмар, ставшей императрицей Марией Федоровной и сохранившей талию в 65 см до конца своей жизни в России), но в случае с анонимными платьями, собранными в богатую коллекцию, мы видим реальные изменения представлений о телесной красоте и способах репрезентации тела. Открытые и закрытые плечи и руки, глубина декольте, силуэты, подчеркивающие то одно, то другое: сегодня в моде у мужчин полные ляжки, а завтра все будут стремиться походить на тонконогих кузнечиков, сегодня все девицы мечтают о глубокой ложбинке в декольте, а послезавтра идеалом станет плоскогрудая бестелесность, еще вчера нормой была ампирное «неглиже», но сегодня уже платье рисует пышный бюст и еще более пышный зад, силуэт, как будто созданный, чтобы на него смотреть в профиль, взглядом сидящего в своем вечном парижском кафе фланера. Есть здесь и история личных вкусов (кто-то из членов императорской фамилии строго следовал европейским модам, а кто-то – диктовал двору свои личные пристрастия), есть и история старейших домов haute couture – от платьев Чарльза Ворта, которому благоволила Мария Федоровна, до чемодана от Луи Вюиттона, в котором путешествовало платье последнего русского императора.

И конечно, отдельным фильтром, сквозь который можно смотреть эту выставку, является семейная сага, рассказанная через костюмы членов императорской династии Романовых. История счастливых и несчастливых принцев и принцесс, наследников и их жен, императоров и сначала действующих, а потом вдовствующих императриц. Они страдали от любви и нелюбви, мучились телесными и душевными комплексами, были деспотами или подкаблучниками, оставались верны супружескому обету или гуляли напропалую. Вещи оживляют эту мыльную оперу как ничто другое, а в сопровождении многочисленных портретов и сцен из жизни императорского двора – и вовсе погружают зрителя в транс соприсутствия внутри этого костюмного сериала.