Дети природы. Возрождение

И Ясмина увидела ее. Совсем, как в сновидениях медленно подошла к облупившемуся, высохшему полотну и коснулась его ладонью. Вскрикнув, прижала оцарапанный палец к губам. Ощутила соленый вкус крови.

Гратий и Ньевес наблюдали за происходящим в двух шагах от девушки.

— Я дошла, — шептала Ясмина, — дошла.

Вдруг дверь отворилась. Из -за нее, в тонкую щелочку выглянула старуха. Тусклый свет маленького факела на стене едва выхватывал гостью из темноты. Хозяйка прищурилась, рассмотрела ее и сказала:

— Проходи.

Старуха открыла дверь шире, собираясь пропустить девушку. Тогда она увидела Гратия. Нахмурившись, спросила:

— Доверяешь ему?

Ясмина кивнула.

— Заходите, — разрешила старуха.

Молодые люди вошли в маленькую комнату. Ньевес вбежал за ними. Хозяйка закрыла дверь на засов и прошла к невысокой лежанке. Старуха была очень худой и с трудом переставляла ноги. Укладываясь, она кряхтела и постанывала.

Ясмина растерянно осмотрелась. В комнате не было окон. Кроме кровати, стояли стол и стул. На полу лежала старая, потрепанная подстилка. В углу располагалась крохотная дровяная печь, на которой дымился пузатый чугунный чайник.

— Выходи, у нас новенькая, — сказала старуха.

Грязная подстилка на полу заходила ходуном. Она упала в сторону, открыв спрятанный под ней потайной лаз. Из него, отложив дощечки пола, выбирался мужчина. Когда на него упал слабый свет, Ясмина и Гратий встревожено вгляделись в лицо.

— Это же вы! — первым опомнился Гратий. — Заключенный с площади!

Мужчина выпрямился во весь рост. Вблизи он выглядел еще хуже: истощенный, слабый, кожа его просвечивалась, из -под нее выпирали кости и синели вены. Петрис приблизился к Ясмине, и его губы задрожали.

— Не может быть, — прошептал он.

На глазах мужчины навернулись слезы. Теперь он стоял совсем близко к девушке и протянул к ее щеке руку. Ясмина смотрела на него непонимающим, испуганным взглядом.

— Вылитый Оданис, — удивлялся Петрис, — Зелья, погляди! — нетерпеливо подозвал старуху. — Она же — вылитый король!

Зелья подошла к Ясмине и вместе с Петрисом восторженно смотрела на нее.

— Где... откуда ты? — запинаясь, спросил мужчина.

— Я из рыбацкой общины, — ответила Ясмина.

— Дайна все-таки добралась туда, — с улыбкой промолвил Петрис. По его щекам текли слезы.

— Дайна? — удивленно переспросила девушка. — Вы говорите о моей бабушке?

— Да, милая, — подтвердила Зелья, — в день, когда свергли короля Оданиса, Петрис спас Дайну и невинное дитя в ее утробе. Он велел ей бежать и укрыться у рыбаков, чтобы люди королевы не убили ее.

— Это был приказ Оданиса. Я противился, я хотел защитить его! Но он так любил Дайну... Он наказал мне спасти ее, — объяснил Петрис.

— Вы хотите сказать, что король Оданис — дедушка Ясмины? — не верил своим ушам Гратий.

— Это написано на ее лице, — нежно произнес Петрис и вновь коснулся щеки девушки.