Наполеон и Гитлер [Сравнительная биография]

На острове Святой Елены Наполеон хвастал: «Я нашел корону Франции лежащей в канаве и поднял ее оттуда на кончике своего меча». И все-таки к конечной цели он подкрадывался очень осторожно, словно охотник, не желающий вспугнуть дичь. «Талейран хотел, чтобы я сделался королем, но этот титул сильно обветшал», - сообщил он мадам Ремюзе. Карно отважно заявил перед Трибуналом, что предпочел бы иметь президента - как в Америке. Злоупотребления деспотии, по его словам, «имеют куда худшие последствия, -чем злоупотребления демократии». Он сделал также упрек в адрес Наполеона: «Вам следовало остаться Первым консулом. Вы были единственным в Европе, но посмотрите на компанию, в которой вы оказались». 2 декабря 1804 года Наполеон был коронован императором французов. Церемонию проводил папа Пий VII. Церковь была вынуждена благословить этот режим и смириться с упразднением «Священной Римской империи», осуществленным новым императором в следующем году.

Отношение Наполеона к церемонии было очень серьезным. Еще когда он планировал ее, Жозеф привел его в ярость своим требованием права наследовать трон в случае его смерти. «Это такая вещь, которую я никогда не смогу забыть, - признался он Редереру. -Это все равно, как если бы он сказал любовнику, что он спал с его любовницей или хотел спать с ней. Власть и является моей любовницей». «Последние два года власть находилась в моих руках, и это было так естественно, что люди начали думать, будто я не хочу закрепить этот статус формально, - объяснял он мадам Ремюзе и ее мужу через несколько дней после коронации. - Я решил, что именно на мне лежит обязанность использовать сложившуюся ситуацию и законным образом возвестить о конце революции. Почему я выбрал титул императора, а не диктатора? Да потому, что законность власти зиждется на привычных всем основаниях». Наполеон хотел, чтобы каждый европейский суверен построил свой дворец в Париже и жил там во время церемонии коронования будущих французских императоров. «Такие люди, как аббат Сийес, - рассуждал он как-то со смехом, - могут жаловаться на деспотизм, но мое правительство всегда будет популярным. Армия и народ на моей стороне, и нужно быть полным идиотом, чтобы с такой поддержкой не удержать власть». Тем не менее его популярность не была такой уж абсолютной, как он утверждал. По Парижу в то время ходило язвительное четверостишие: