Лейб-гвардии поручик

– Нет. Я назвал вам имена тех, кто прибыл сюда со мной. Штерн и Лабунский.

– Но это офицеры пехотного полка. Я знаю, что Штерн командир роты, а Лабунский командир взвода в 1-м пехотном полку Дроздовского. У кого могла возникнуть дикая идея – забросить этих офицеров в тыл к врагу? Они не разведчики. Не имеют опыта диверсионной работы.

– Но со мной прибыли именно эти офицеры. Кстати, у вас устаревшие сведения. Штерн и Лабунский отстранены от своих должностей в первом офицерском полковника Дроздовского полку.

– Отстранены? За что?

– За расстрел пленных красноармейцев. Их отстранил сам командир полка. Я вытащил их из-под ареста и взял с собой на эту, как вы сказали, авантюру.

– Лабунский расстреливал пленных? Этого быть не может.

– Лично я при этом не приуставал, товарищ Губельман, но дело обстоит именно так. Да вы и сами сможете их спросить, если ваши люди их захватили.

– Хорошо. Цель вашего приезда в Екатеринодар?

– Убрать Сорокина, – сказал Васильев.

– Что? – не поверила Анна. – Что вы хотите этим сказать? Вольский желает устранения командарма Сорокина?

– Устранить Сорокина ныне хотят многие.

– Я вас не понимаю, поручик!

– Я назвал вам цель моего задания. Настоящую цель.

– Убрать командарма?! Но этого быть не может. Какими силами вы собираетесь это сделать? Если вас только трое.

– Иногда непрофессионалы в этом деле справляются лучше самых опытных диверсантов, товарищ Губельман.

– Но у вас должна быть возможность попасть к командарму. Как вы собирались это сделать? Не говорите что у вас не было плана, Васильев!

– План есть, товарищ Губельман. Но что толку говорить про это? Вы меня взяли и взяли мою группу. Следовательно диверсию предотвратили.

Анна задала поручику еще ряд вопросов.

Она не поверила Васильеву. Начальник контрразведки Вольский никогда не отправил бы группу без подготовки для подобного акта. Нет. Васильев не сказал правды.

– Получается, что я сорвала ваше задание, поручик.

– Получается так, товарищ Губельман. Ваше начальство будет вами довольно.

– Скажите, поручик, а зачем вы мне это рассказали?

– А вам разве не интересно?

– Мне интересно знать правду, поручик.

– Я и сказал вам правду.

– А вы знаете, что будет, если я об этом доложу наверх, и все это станет известно Сорокину? И вас, и Штерна с Лабунским поставят к стенке.

– Вам жаль корнета, товарищ Губельман? Насколько я понял, именно он вызывает у вас симпатию.

– Он мой давний знакомый. Но насчет симпатии вы просчитались, поручик.

– Не думаю, товарищ Анна. Ведь он не выдал вас в Новочеркасске. И это он помогал вам скрываться, нарушая присягу офицера.

Она посмотрела на Васильева с удивлением. Он знает даже это. Откуда?

– Вы шутите, поручик? Новочеркасск?

– А разве я ошибся? И это не вы скрывались под видом юнкера? А корнет Лабунский прикрывал вас.

– И вам это было известно, Васильев?

– Как видите.

– И вы меня не выдали?

– Раз вы стоите здесь, а не лежите в могиле то так оно и есть.